Читаем За горизонт! [СИ] полностью

Мимо нас проезжает вторая наша тачка.

— Сука! Мента вальнуть не дал!!!

— Давай жми, не ори! Ты больной на голову, в натуре.

Но он орёт, причём долго орёт и громко. И что я испугался, и что я сам мент и стукач, раз пожалел мента, и что правильно на меня Лимончик наехал и всё такое. Хорошо, что на газ давить не забывает при этом. Наконец, он затыкается и, выключив фары, сворачивает в лес.

— Всё сказал? — спрашиваю я, когда он замолкает.

Не отвечает.

— Нет, я понимаю, — говорю я спокойно, — тебе-то на зону надо, авторитет поднимать. Где ещё, как не там? Правда за ментов зону не дают, дают пулю в затылок, но у тебя, судя по всему, смягчающие обстоятельства имеются. По состоянию здоровья. Но меня это никак не затрагивает. У меня дела здесь, а не на зоне. Тебе надо — иди. Мне не надо. Я ни блатной, ни приблатнённый, ни стремящийся, никакой. Я из другого мира, ты чё не знал? Все мои дела здесь, по эту сторону колючки. И нахера ты вообще меня потащил жмуров своих демонстрировать? Ты завалил уродов? Ну, молодец. Только они — не моя проблема, а Ферика и Цвета. Это их забота, мне они вообще до пэ, ты понимаешь? Тебе адреналина не хватает, а у меня его хоть жопой ешь. Тебе охота покуражиться, а я нажимаю на спуск, когда нет другого выхода. Ты чё, не догоняешь этого? Я вкалываю как раб не для того, чтобы кто-нибудь шутки ради взял все мои труды и спустил под откос. Ну ты капец, в натуре. Детство в жопе бурлит.

— Ладно, чё ты завёлся-то? — хмуро, но примирительно отвечает Джемал. — Я просто не знал, что есть кенты, которым не в кайф мусора мочкануть.

— Молодец.

— Может, ты сам мент? — качает он головой. ─ Да ладно-ладно, шучу я.

Похоже, под кайфом чувак.

— Ага, может, — соглашаюсь я. — Нахера ты в лес заехал? Давай, выкидывай нас на остановке, а то с тобой мы до первого патруля только доедем.

— Я сказал, что довезу? — говорит он. — Значит довезу. Ты, как дед старый, в натуре. Нет в тебе огня, Бро. Азарт отсутствует.

Наверное. Был, да весь вышел.

Мы подъезжаем к площадке у маленького щитового домика, занесённого снегом. Туда съезжает вторая «шестёрка» с бойцами Джемала. И там же стоит серая «буханка» с белой полосой на борту и красными крестами. Ноль-три, скорая помощь. Мы выходим из машины.

─ Пальчики надо стереть, ─ говорю я.

─ Не обязательно, ─ беспечно машет рукой Джемо. ─ Пофиг.

Один из его людей открывает багажник второй машины и достаёт канистру, а потом подходит и льёт бензин, разбрызгивая по салону и снаружи.

─ Ох, щас полыхнёт, — снова улыбается Джемо. — Пошли в «уазик»!

Мы забираемся в «буханку».

─ Едем! ─ командует он. ─ Скорее!

В салонах вспыхивает огонь, и его братки запрыгивают к нам в машину.

─ Мигалочку не забудь! ─ командует Джемал.

Мы выскакиваем на дорогу и несёмся в сторону центра. Москва просыпается. Скоро начнёт светать.

─ Короче, зря я тебя дёрнул, ─ говорит мой ночной гость. ─ И сам не кайфанул по-человечески, и ты недоволен.

─ Слушай, я две ночи уже глаз не смыкал, ─ говорю я. ─ Так что развлечения меня сейчас вообще не интересуют.

─ Да понял я уже, ─ хмыкает он. ─ Ты, как дед старый, если есть маза, лучше придавишь, чем с братанами погудеть, да? Ну ладно, буду знать теперь.

Жалко, что ты раньше не знал.

«Буханка» останавливается у гостиницы на площади, там, где обычно паркуются «членовозы». Мы с парнями выходим и идём к главному входу.

─ Ну что, ─ усмехается Какора, ─ отбой или ещё куда поедем?

─ Вы позвоните Тимурычу, ─ говорю я, ─ пусть смену пришлёт, чтобы вы сами-то поспали. До обеда точно никуда не дёрнусь. Сейчас лягу и меня тупо разбудить никто не сможет.

─ Ага, ─ кивает он. ─ Главное, лечь успеть, пока кто-нибудь опять не нарисовался.

Наташка не спит. Ждёт. Она не подаёт виду, но мне заметно, что при моём появлении она выдыхает с облегчением. Подходит ко мне и обнимает, а потом берёт за руку и, подведя к кровати, начинает раздевать. Расстёгивает пуговицу на пиджаке, стаскивает его с меня, развязывает галстук, быстро справляется с пуговками на рубашке.

─ Мне в душ надо, ─ говорю я.

─ Когда проснёшься. А сейчас падай.

─ Нет, ─ кручу я головой. ─ Когда я проснусь, мне некогда будет в душ идти.

─ Почему? ─ хмурится она.

Я отвечаю многозначительной улыбочкой, и она догадывается, что стоит у меня в планах первым номером на после пробуждения.

─ Ну пошли, ─ с усмешкой вздыхает Наташка. ─ Буду осваивать профессию банщицы. Мне же надо теперь устраиваться куда-то.

─ Ну пошли, ─ соглашаюсь я, ─ секс-банщица. Доведёшь ты меня до греха, Наталья.

Если честно, я радуюсь. До греха или не до греха, но я очень рад, что она здесь.

Выйдя из душа, мы забираемся в постель, и я прижимаю её спиной к себе так крепко, обхватывая руками и даже ногами, что она и вздохнуть не может.

─ Ну, давай, рассказывай, ─ приказываю я, закрывая глаза.

─ М-м-м, ─ стонет она, пытаясь ослабить мою хватку.

─ Ты не мычи, толком говори.

Отвоевав себе немного свободы, она вздыхает:

─ Ф-у-у-х… Я и не знала, что тяготы семейной жизни начнутся так скоро.