Читаем You Would Never Know (СИ) полностью

Их губы соединились, языки сплелись, сердца забились в сотни раз быстрее быстрого. Гермиона прижималась к своему любимому мужчине всем телом, зарывалась в его волосы руками и притягивала его ещё ближе, если это было возможно. Северус понимал, что это всё неправильно, что так нельзя, нельзя рушить жизнь молодой прекрасной женщины, но чёрт возьми, как же приятно её целовать. Её слова подействовали на него подобно кнуту для лошади, он не мог сдерживаться. Его руки исследовали каждый сантиметр её спины, он уже знал каждый изгиб, когда понял, что это всё ерунда. Вот если прикоснуться к её коже, которая сейчас окутана тканью его собственной рубашки. “Нет, нельзя…”, но его ладони уже были на её бедрах, а пальцы задевали край рубашки. Руки медленно поползли вверх. Уже почти вся ладонь под рубашкой. Но стоп.

На ней нет белья.

Осознание этого факта немедленно отрезвило пыл Северуса. Он с огромными усилиями оторвал одну руку от её тела, в качестве поощрения самому себе оставляя вторую на месте, и положил её снова на ключицу.

- Что опять? - задыхаясь и облизываясь, прошептала Гермиона и снова потянулась к его губам.

- Мисс Грейнджер, на вас нет белья, - проговорил он, удерживая её на расстоянии дюйма или двух.

- Как будто я не знаю, - рыкнула она, начиная злиться.

Тут Северус обнаружил, что её ладони уже лежат на его груди. Она расстегнула его сюртук и рубашку, гоблин её задери! Нет, ни в коем случае.

- Мы не будем этого делать, - прошипел он.

Гермиона резко двинула по удерживающей её руке Северуса и снова впилась в его губы страстным поцелуем. Она больше не даст себя оторвать. Не даст.

- Нет, - прошептал он, с трудом убрав руку с её бедра, и чуть отстранил её.

- Если вы до сих пор не поняли, - промычала разозленная Гермиона сквозь зубы, - я хочу вас, черт возьми! Прямо сейчас! И клянусь, если вы не приведете хотя бы одной причины, которая бы устроила меня, что мы не должны этого делать, то…

- Я ваш учитель.

- Нет.

- Я старше почти на двадцать лет.

- Плевать мне. И ещё на то, что вы - “Пожиратель”, - она изобразила пальцами кавычки, - тоже плевать.

Северус тяжело дышал.

- Что скажут люди, если узнают?

- Пусть говорят что угодно, меня не волнует их мнение. И с каких пор оно волнует вас?

- Пожалуйста, - взмолился он, - Не надо…

- Ужас какой-то, обычно мужчина уговаривает девушку на секс, а не наоборот, - говорила Гермиона, поглаживая пальцами его шею, от чего он чуть ли не мурлыкал.

Что же, черт побери, сказать ей, что? Он никогда еще не был настолько возбуждён, никогда ещё настолько сильно не хотел быть с кем-то. Никогда не чувствовал столько всего разом. Изнывающий стон сорвался с его губ, он обхватил её тоненькие плечи руками и прошептал:

- Вы уверены, что хотите этого? Через пять секунд я уже не смогу остановиться.

- И не надо, - прошептала она и снова впилась в его губы своими.

Стоны вырывались у неё из горла, а у него - какой-то звериный рык. Гермиона стянула с Северуса сюртук вместе с рубашкой. Так как оторваться она от него не могла, она изучала его торс руками. И тут же пожалела, что не занялась этим, когда он лежал без сознания с чудовищной раной, а она пыталась помочь ему не истечь кровью. Жадно ощупывая каждый сантиметр мягкой кожи, она коснулась пальцами нескольких шрамов: возле ключицы, справа от пупка и на левом ребре. Сейчас, вот сейчас она насытится его губами и расцелует каждый шрам, каждую клеточку его тела. А вот и бугорок затянувшейся раны, полученной в бою с Пожирателями. Она даже не спросила, следовал ли он её указаниями по поводу использования мази. Но сейчас это не важно. Сейчас ничего нет важнее его губ.

Руки Северуса тем временем исследовали спину Гермионы. Крохотные лопатки, изгиб позвоночника, ямочек на пояснице нет, ну и к чёрту их. Маленькая попа. Ещё чуть меньше, и помещалась бы в ладонях. Он ловил губами её стоны, вырывающиеся у неё с каждым его сжатием прекрасных ягодиц. Но Мерлин, когда он успел пропустить тот момент, в который она стянула с него штаны? Он сидел на кровати в одном белье. Гермиона наверняка очень хорошо ощущает степень его возбуждения.

Для неё всё это было новым. Никогда у неё не было такого тугого узла в низу живота, тянущего ещё ниже. Никогда она не видела голого мужчину. Но в данный момент она не представляла ничего более правильного чем то, что они делают. Наверное, у него были кучи женщин, он ей поможет. Гермиона не думала о возможной боли. Думала только о том, что наконец-то она будет едина со своим любимым мужчиной. “Пусть он меня не любит, пусть просто поддался возбуждению…”, - думала она, целуя его лицо, через каждые две секунды возвращаясь к губам.