Читаем White Malice полностью

На следующий день Мобуту направил группу солдат к дому Лумумбы, чтобы арестовать его, но их выгнала охрана ООН. Тогда США попросили ООН разрешить силам Мобуту арестовать Лумумбу, но Хаммаршельд повторил свой прежний отказ. Лумумба вернулся в свою официальную резиденцию на усаженной пальмами авеню Тилкенс.

Позицию Хаммаршельда непреклонно отстаивал Раджешвар Даял, прибывший в первую неделю сентября. Даял, который был близок к своему премьер-министру Джавахарлалу Неру, разделял приверженность Неру законному правительству премьер-министра Лумумбы. С момента своего прибытия в Конго Даял был бескомпромиссен в своей поддержке Лумумбы и его министров. Это было сделано не из личной преданности, а потому, что он считал это абсолютным требованием справедливости и Устава ООН. В свои пятьдесят с небольшим лет патриций Даял был высоко оценен в Индии и в ООН как "дипломат необычайной проницательности" и "человек высочайшего терпения".

Под защитой ООН резиденция Лумумбы днем и ночью охранялась двумя взводами ганских стрелков. Лумумба свободно входил и выходил из резиденции. Он имел привычку выезжать на своем автомобиле на свежий воздух, за покупками или для посещения друзей", - отметил генерал Рикье. Он был частым посетителем различных ресторанов, где находились сторонники его партии; он очень часто присоединялся к ним, произносил речи, а затем возвращался в свою резиденцию".

ДАЯЛ ПРЕДПОЛАГАЛ, что Мобуту не был тем безоговорочным сильным лидером, которого энергично изображали западные СМИ. Виттман считал так же, что Мобуту "немного не в себе, приняв на себя руководство своими гориллами, которым он должен время от времени давать есть, чтобы они были счастливы".

22 сентября Мобуту явился в штаб-квартиру ООН "измотанный и озадаченный" и представил Даялу предложение о примирении с Лумумбой. Мобуту был измотан и небрит", - записал Даял. Его план заключался в том, чтобы собрать Касавубу и Лумумбу вместе под эгидой ООН. Следующим шагом должна была стать конференция за круглым столом".

Даял был заинтересован в примирении ведущих политиков Конго. Он с готовностью откликнулся на это предложение, спросив Мобуту, поддерживают ли различные партии этот план. Затем Мобуту позвонил Касавубу, который уклонился от ответа, но назначил встречу на следующее утро. Мобуту не смог позвонить Лумумбе, так как телефонная линия Лумумбы была отключена, но Мобуту отправил ему письмо. Лумумба ответил на него, приглашая Мобуту посетить его для переговоров на следующий день и прося в качестве жеста искренности освободить Гизенгу, Мполо и двух арестованных государственных секретарей. Мобуту оказался перед дилеммой, подумал Даял, но "он решил освободить всех четверых, чтобы продемонстрировать свое "великодушие и богобоязненность"".

Поначалу Мобуту "держал слово", к облегчению Даяла. Но это продолжалось недолго. Мобуту, "которого напугали его собственные солдаты, заставив сыграть роль посредника - правда, очень недолговечную", - быстро вернул себе бычью уверенность. Он отменил план примирения.

Раджешвар Даял стал вызывать сильное раздражение у Джорджа Виттмана. "Командование ООН здесь (в лице лично Даяла), - раздраженно жаловался Виттман Темпельсману, - по какой-то фантастической причине решило склониться к поддержке Лумумбы". Все отношение Даяла", - добавил он в отчаянии, - "лучше всего понять, если пересказать следующий разговор между Уильямом Андерсоном из UPI [United Press International] и Даялом... на специальной вечеринке для прессы":

Андерсон: Мистер Даял, если полковник Мобуту отправится в Нью-Йорк, через какой механизм ООН будет продолжать вести дела?

Даял: Через единственный законно избранный орган.

Андерсон: Значит ли это, что комиссар [неразборчивое слово]?

Даял: Нет... Комиссар - это исключительно творение Мобуту. Парламент - единственный должным образом избранный орган, как и сформированное при нем правительство.

Андерсон: Вы хотите сказать, что потом вы будете иметь дело с правительством Лумумбы и с ним самим?

Даял: В конце концов, он все еще единственный избранный лидер, и мы должны действовать на основе демократических принципов.

Позиция Даяла резко контрастировала с позицией генерала Александера. Они оба служили в ООН в Конго, но если Даял поддерживал законное правительство во главе с Лумумбой, то Александр был фактически союзником американского присутствия в Леопольдвиле, которое стремилось сместить Лумумбу.