Читаем Warm. Генезис полностью

Отряд двинулся дальше. Агату и Есению усадили на тележки, к их большой радости, и повезли. Вначале Паровик, шумно напоминающий о себе сотрясением взрывающегося в недрах пара, а затем и новообразовавшееся бескрайнее озеро, вызывали у семьи восхищение. Отродясь в этих местах не было никаких природных достопримечательностей, а теперь они встречались чуть ли не на каждом шагу.

К механизированному плоту прицепили плот сооруженный умельцами из Зарянки. Места хватило всем. Тарахтя мотором они прошли озеро и вошли в реку. Через несколько часов на горизонте показался знакомый холм, с частоколом на крыше и выглядывающими поверх него крышами изб. Приближение плота заметили, но встречать никто не вышел. Народ затаился за забором. Александр и Гурьян, чтобы не было беды, отцепили свой плот и причалили первыми.

Тогда из ворот выскочили все жители Зарянки и даже Дружок, и шумно встретили своих путешественников. Аглая ревела от счастья и незаметно для самой себя поглаживала округлившийся живот.

— Я… я…

— Я уже знаю. — Александр приложил руку к ее животу.

У них родился сын. Назвали Любомиром, желая в имени закрепить положительные качества.

Мирошниковы прижились в Зарянке. Ольга прихватила с собой семена растений, которые выращивала на даче, серьезно расширив сельскохозяйственные возможности городища. Валера быстро освоил искусство деревянного зодчества и спокойно проектировал и перестраивал дома. В то же лето, к Зарянке пристал плавучий дом Анатолия с семейством. У него оказалось пятеро детей, родным из них был только сын, остальные приемные сироты.

Общение с поселением военных не прекращалось. Народ набил тропу взаимовыгодного сотрудничества друг к другу. Над Зарянкой поднялся ветряк, вырабатывающий электричество, а в поселке военных застучали молотки в кузнице.

На следующее лето, во время очередного подъема утонувшего автомобиля, вместе с ним был поднят на поверхность толстенный карп, ознаменовавший собой начало эры восстановления речной фауны.

Битва за ресурсы не прекращалась, но перевес постепенно склонялся в пользу военных. Словом и делом они агитировали людей отказаться от грабительского способа выживания, основанного на сиюминутной выгоде, выбирая созидательный, на долгую перспективу.

Встреча Дениса и Артема со странным старцем, похожим на домового, произвела впечатление на всех. Напуганный старик внимал им, и взгляд его становился все более добродушным и усталым. Парни слушали историю Кирилла, впечатляясь тем, как он решился и перенес такое суровое испытание.

— Блин, мы тут десять километров почти неделю одолеть не можем, а вы сотню прошли. Герой. — Похвалил Артем старика.

— А кошки нам очень нужны. — Признался Денис. — Один Квазимода с нашествием крыс не справляется.

— Ага, еще и охрип на них лаять.

Кириллу было приятно это слышать, и он рассказал о том, как одолел крысу и скормил ее своим питомцам, которые теперь точно будут знать, что делать, как только подрастут.

Утром они вышли в сторону улицы Мира, к цели своего путешествия. Тяжелый ящик несли по очереди, то Денис, то Артем, удивляясь, как такой вес выдержал хлипкий старичок.

— У меня уже скелет захряс, ему все равно, что на себе тащить, твердый, как старое сухое дерево. — Нашел Кирилл оправдание своей выносливости.

Их встретили за пару километров от забора поселения. Узнали Дениса в лицо и пропустили всех. Владимир искренне обрадовался их визиту. Ему доложили о стрельбе накануне. Рассказ парней хорошо лег на его собственные предположения. То, о чем он только догадывался, подтвердилось. Владимир рассказал, что Дамира уже давно нет в той общине. Скорее всего, его убили, но место заняли не менее отмороженные негодяи.

— Любой социум будет жить под теми, кто ими руководит. Терять власть боится только верхушка, остальным все равно. А когда люди увидят, что можно не жить в страхе, они еще нам и спасибо скажут. Нам никак не миновать их территорию, чтобы общаться друг с другом, поэтому будем действовать решительно. — Поделился своей идеей на перспективу Владимир.

Денис был согласен с ним. Другой дороги, подтвержденной опытом старца Кирилла, между поселениями не было, а проблему надо было решать.

Бывший священник обрисовал весь маршрут, которым прибыл в Оренбург. Указал все мельчайшие детали поверх подробной военной карты. Рассказал обо всем, что видел и что узнал по пути. Поделился технологией выращивания грибов и отдал последний килограмм пшеницы, для разведения. Его желание построить маршрут общения между отдаленными поселениями, такое искреннее, вызывало симпатию. Не было никаких сомнений в том, что отношения между поселениями нужны и заранее известный путь обязательно будет востребован.

А на следующее утро старца Кирилла не стало. Он будто знал, что все, что ему надо было сделать в этой жизни, это соединить людей, не догадывающихся друг о друге. Дорога отняла у него жизнь, но осталась в память о нем. Нанесенный им маршрут назвали «Кирилловой дорогой».