Читаем Взлёт, 2014 № 06 полностью

Необходимость создания модификации Ми-28Н с двойным управлением была определена как только первые серийные «Ночные охотники» начали поступать в войска. Казалось бы – членов экипажа на машине два, но управлять вертолетом из передней кабины «нечем». При кажущейся простоте задачи (ведь вторая кабина у Ми-28Н уже есть, нужно «всего лишь» установить в ней рычаги управления вертолетом), разработка и постройка версии с двойным управлением, известной также как Ми-28УБ, заняли немало времени. Вести эти работы решено было непосредственно на серийном заводе, но, разумеется, при поддержке разработчика вертолета – соответствующий договор между «Роствертолом» и МВЗ им. МЛ. Миля был заключен еще в апреле 2009 г. При этом Ми-28УБ стал первой машиной «Роствертола», запускавшейся в производство не традиционными методами, а посредством использования цифровых моделей. Это потребовало от завода существенной перестройки технологий подготовки производства, закупки и освоения нового оборудования, в т.ч. самой современной компьютерной техники. Зато теперь у завода появился богатый опыт, который будет использоваться при запуске в производство новых моделей вертолетов.

Постройку прототипа Ми-28УБ – опытного образца ОП-1 – решили вести на базе одного из Ми-28Н установочной партии – машины с серийным №02-01, выпущенной «Роствертолом» в 2007 г. и получившей бортовой №37. Она поступила на завод в 2012 г., после чего «лишилась» носовой части, вместо которой смонтировали новую, созданную с помощью тех самых цифровых моделей. Помимо организации в передней кабине полного комплекта дублирующих органов управления вертолетом, внесли и другие изменения: кабина стала чуть шире, немного другим стал фонарь и входная дверь, для улучшения обзора была увеличена площадь бокового остекления, изменилась конфигурация энергопоглощающего кресла. Теперь в передней кабине размещается не штурман-оператор, а летчик-оператор или летчик-инструктор. Это позволяет использовать Ми-28УБ для эффективного обучения пилотированию вертолетов типа Ми-28Н (НЭ), при этом у него полностью сохраняются все боевые возможности базовой машины.

Летные испытания опытного вертолета с двойным управлением начались в июле 2013 г. на аэродроме ОАО «Роствертол». 9 августа он был продемонстрирован Главнокомандующему ВВС генерал-лейтенанту Виктору Бондареву. Машина Главкому понравилась: он заявил, что Ми-28УБ позволит в два-три раза ускорить подготовку летчиков, и пообещал, что до 2020 г. ВВС закупят 40-60 таких машин, «по четыре-шесть машин на каждую воинскую часть, которая эксплуатирует вертолеты Ми-28Н». Со своей стороны, генеральный директор «Роствертола» Борис Слюсарь заверил, что уже с 2014 г. Ми-28УБ пойдет в серийное производство. Тем более, что, по его словам, в нем заинтересованы не только российские военные, но и потенциальные зарубежные заказчики, «присматривающиеся» к Ми-28НЭ.

В конце августа 2013 г. первый опытный Ми-28Н с двойным управлением (ОП-1) был продемонстрирован на авиасалоне МАКС-2013. В этом году на «Роствертоле» планируется выпустить еще одну такую машину (ОП-2), в настоящее время она находится на сборке.

Отстрел тепловых ловушек, служащих для защиты Ми-28Н от атаки ракет противника

Один из предсерийных Ми-28Н во время испытаний в условиях высокогорья на Эльбрусе, август 2010 г. Эта машина стала демонстрационным образцом экспортной версии Ми-28НЭ и участвовала в испытательных полетах за рубежом

Экспортные перспективы

С завершением Государственных совместных испытаний и принятием на вооружение ВВС России интенсифицировалось продвижение «Ночного охотника» на мировой рынок. Интерес к такому вертолету, имеющему в экспортной версии название Ми-28НЭ, проявили сразу в нескольких ближневосточных, африканских и латиноамериканских странах.

Так, еще в июле 2007 г. один из Ми-28Н успешно прошел серию демонстрационных полетов в Северной Африке. Как рассказывал тогда нашему журналу Андрей Шибитов, в то время – генеральный директор МВЗ им. М.Л. Миля, а ныне – заместитель генерального директора по производству ОАО «Вертолеты России», «заявка на эти демонстрационные испытания предполагала серьезную программу. Мы должны были отлетать на тактикотехнические и летно-технические характеристики, с применением управляемых и неуправляемых ракет, стрелково-пушечного вооружения по реальным мишеням, демонстрацией комплекса связи. Это практически вторые государственные испытания, только в пустыне, и как раз в летние, самые жаркие месяцы. Было тяжело, но мы с этим успешно справились».