Читаем Взаперти полностью

– Дело закрыто. Забрало ФБР, проверило улики и свернуло. Я, как ты понимаешь, точно уже ничего не знаю, но, по слухам, Гаррисоны были сектой.

– Черта с два! – Тянусь к фотографиям в тумбочке. Указываю пальцем: – Видишь? Серая машина, надпись «Помой меня». Они тоже его выслеживали. Здесь есть номера, можно проверить по базе, Захари обещал…

– Захари проверил, – прерывает меня Джемма. – Машина зарегистрирована на документы, напечатанные Гаррисонами, у них полная картотека своих фальшивок. – Капитан смотрит сочувственно. – Прости, Пол. Дело вышло слишком серьезное. Ты прав, нужно было сразу передавать его федералам, а не гонять тебя. У меня тут пара ограблений на выбор, если тебя завтра выпишут, возьмешь?

– Отпуск, – говорю медленно. – По ранению мне положен отпуск, разве нет?

– Если хочешь, да, будет тебе отпуск. – Капитан пожимает плечами, даже не пытаясь скрыть удивления. – Но не больше недели. Или на пенсию захотел?

Молчу, стараясь не хмуриться. Пока нет. Наверное. Посмотрим. Сейчас мне нужно несколько дней и отсутствие отчетов.

Когда Джемма уходит, вызываю медсестру. Та, выслушав меня, убегает за врачом. Юная леди в зеленой шапочке недовольно качает головой:

– «Маленькая пуля – большие проблемы», слышали такую поговорку?

– Вы вчера говорили, повреждены только мягкие ткани и ребро. Если станет хуже, я вернусь сразу, идет? Я же не помру за рулем?

– Нет, детектив Сандерс, не помрете. Спасибо, что проконсультировались, а не сбежали, как ваши коллеги иногда делают. И не снимайте повязку, в вашем возрасте кости срастаются плохо.

Если бы я сомневался, что милая врач разрешит, сбежал бы не хуже других. Но мне ехать через весь город. Надо было точно знать, что доберусь.

Первыми проходить тест выпало Рике и Мори. Им наперебой желают удачи, я все-таки решаюсь посоветовать:

– Если будет выбор, доверять друг другу или Электре…

– Конечно друг другу, – усмехаются одновременно. Мори обменивается рукопожатием с Бемби, его напарница ворчит:

– О господи, на пару часов расстаетесь, нашли повод изображать семейные проводы!

Они идут к дверям: высокий Мори опирается на костыли, пиджак обгорел, штаны обрезаны выше колен, Рика в растянутой майке отбрасывает волосы с лица, закладывает за ухо ручку. Я хочу запомнить их такими. В глубине души я уверен, что вижу их в последний раз.

– Тут тоже какая-то инъекция, – замечает Мори.

Опускаю голову. Это можно считать кивком или жестом смущения, на самом деле – ни то ни другое. Просто сестра потребовала ничего не рассказывать. Я должен держать слово.

Время тянется нестерпимо медленно. «Они справятся», – твержу я мысленно. Они справятся.

Сестра отняла у меня руки, и я не могу помочь им, отняла глаза, и я не могу смотреть. Намного раньше отняла веру, так что я не нахожу слов для молитвы. Но она дала мне возможность быть здесь, с этой стороны двери, и чувствовать себя человеком, а не чудовищем. Я хорошо понимаю Бемби, которая говорила, что не может меня простить, но это не имеет значения. Я точно так же не могу простить сестру и одновременно благодарен ей, так что в сумме это перестает иметь значение.