Читаем Вызов полностью

Семь месяцев назад я появился в Брайаре парнишей бунтарем из Лос-Анджелеса. Таких, как я, «добрые» люди из институтов Лиги плюща предпочли бы видеть в роли уборщика, а не студента. Тем не менее, отчим с пухлым кошельком ощутимо преображает тебя в глазах приемной комиссии.

Да, я могу наводить лоск, если нужно, но такие вот сборища напоминают мне, что я не один из них. Я никогда и не буду.

– Мистер Эдвардс. – Женщина постарше, усевшаяся рядом со мной, повесила на свою шею, кажется, все драгоценности английской королевы. Она кладет костлявую ладонь мне на бедро и наклоняется ближе. – Не будете ли вы так любезны раздобыть даме джин-тоник? От вина у меня болит голова. – Она пахнет сигаретами, мятной жвачкой и дорогим парфюмом.

– Не вопрос. – Надеясь, что она не заметит моего облегчения, я встаю из-за стола, благодарный за возможность ненадолго отойти.

Выйдя из главного зала, я встречаю Хантера, Фостера и Баки у коктейльного бара, где обслуживающий персонал все упаковывает, закончив разносить закуски.

– Можно попросить у вас джин-тоник? – спрашиваю я бармена.

– Да, без проблем. – Он начинает наливать напиток. – Чем больше бутылок я опустошу, тем меньше мне отсюда уносить.

– Джин-тоник? Братан, ты когда в мою бабульку-то превратился? – шутит Баки.

– Это не для меня. Это для моей хищницы.

Хантер фыркает и глотает свое пиво.

– Пожалуйста, не смейтесь. Еще пара джин-тоников, и она точно начнет мне на член усаживаться. – Я киваю бармену, спрашивая разрешения, и забираю себе бутылку пива, стоящую у него в коробке на полу.

– Насколько я знаю, – говорит Фостер, – твой член и так был занят на этой неделе.

Я открываю бутылку кольцом, которое ношу на среднем пальце правой руки.

– И что это значит?

– Насколько я слышал, ты провел ночь с Каппой в прошлую пятницу и прыгнул в кровать с Три-Дельтой в четверг.

Когда он так говорит, это звучит грубо. Но да, наверное, так оно и выглядит. Он, конечно, не знает, что мы с Тейлор провели вечер вполне себе платонически – за милыми беседами. И я не могу защитить ее честь, не выдав ее при этом. Я доверяю этим парням, но все, что я говорю, неизбежно пересказывается потом их девушкам: люди вообще сплетники по натуре.

– Кто рассказал тебе о перепихе с Дельтой? – с любопытством спрашиваю я, потому что Натали провела меня в особняк сестринства после полуночи. Как оказалось, в доме Дельты есть какое-то нелепое правило по поводу ночующих парней.

– Она сама, – отвечает Фостер, хихикая.

Я хмурюсь.

– В смысле?

Баки вытаскивает из кармана телефон.

– О да, мы все видели эту фотку. Подожди. – Он несколько раз нажимает на экран. – Да, вот она.

Я смотрю на ленту Инстаграма Баки. И да, там высвечивается селфи Натали с поднятым большим пальцем на фоне меня, спящего в углу. Надпись под фото гласит: «Смотрите, кто забил. #КрасавчикхоккеяБрайара #ЗасуньтеСебе #БросокССиреной [8] #Гооооллл».

Как мило.

– Высший балл за свет и композицию, – со смехом говорит Фостер. Вот засранец.

– Хэштег «хоккейная фанатка», – добавляет Баки. – Хэштег…

Я беру джин-тоник у бармена и направляюсь обратно, чтобы его отнести, показав при этом парням средний палец.

Меня беспокоят не насмешки. И даже не снимок, в общем-то. Я просто чувствую себя… дешевкой. Тем, с кем можно потрахаться ради лайков. Может, я и неразборчив в сексе, но я не отношусь к женщинам, как к трофеям. Взаимное удовольствие, если угодно, обмен, где каждый получает, что хочет, и никто не лжет, – это совершенно нормально. Зачем заставлять другого человека чувствовать себя куском мяса?

И все же, наверное, я это заслужил. Ведешь себя как бабник – к тебе относятся как к бабнику.

Когда я возвращаюсь в зал, играет джазовая группа, а тарелки для обеда уже опустошили. Большинство гостей вышли на танцпол, включая мою усыпанную драгоценностями хищницу. Я ставлю напиток на стол и сажусь, молясь о том, чтобы никто не пригласил меня танцевать. Что ж, пока все хорошо. Я потягиваю пиво и смотрю на людей. Но вскоре улавливаю разговор в паре столов от меня.

– Ой, я тебя умоляю. Не такая уж это заслуга. Это был вызов, ясно? Не то чтобы он на нее запал или что-то еще.

– Поверь мне, – отвечает женский голос, – я слышала, что там происходило. Он увидел эти сиськи и задницу порнозвезды и, наверное, подумал, что если будет трахать ее сзади, то ему не придется смотреть на ее страшное лицо.

– Я бы трахнул тело Тейлор с твоим лицом, – отвечает парень.

Мои пальцы сжимаются на бутылке с пивом. Эти придурки говорят о Тейлор?

– Ты издеваешься, Кевин? Скажи это еще раз, и я тебе яйца утюжком для волос прищемлю.

– Черт возьми, Абигейл, я шучу. Притормози, детка.

Абигейл. Девушка из сестринства Тейлор, которая заставила ее выполнить тот тупой вызов?

Я быстро оглядываюсь через плечо. Да, это она. Я помню, как она стояла в холле в особняке Каппы, когда я выходил тем утром из комнаты. Она сидит с Каппами, которых я видел на вечеринке, и несколькими парнями. Тейлор была права: она первоклассная тварь.

Сообразив, что Тейлор должна быть где-то здесь, я осматриваю комнату, но не могу ее найти.