Just another word for nothing

1.07, утро, но не раннее (точнее не скажу — часы встали).

Батарейка села, часы встали. Еще немного — и я буду хохмить, как Мыкола. Впрочем, мне сегодня передышка вышла. Десантников нет, Баев отсутствует…

Вскочила, чтобы записать, пока помню. Хотя такое забудешь!.. Странный сон, жутковатый. И все взаправду, как будто только сейчас с Митькой говорила…

Начинается с того, что я просыпаюсь — где? в нашей комнате? Ночь, я на диване, а наверху еще одно спальное место, вроде полки. Сажусь в постели, стукаюсь головой — полка низкая. Пытаюсь наощупь понять, что происходит, натыкаюсь на чью-то руку, она сверху свешивается. Спрашиваю — кто здесь? Голос, Митькин: это я, иди ко мне.

Митя… Ты вернулся? Где мы, в поезде?

Не знаю. Давай руку.

Забираюсь наверх, там тесно, душно, вдвоем разве что лежа… Обнимаю его, он меня, но темнотища такая, что лица не видно, только голос. Разговор примерно следующий:

Митя, я вчера не пришла.

Я все понял, не надо.

Ты только не уезжай.

Не могу. Меня ждут.

Останься, Митька, мне без тебя будет совсем плохо.

Поначалу будет, потом пройдет. Ты ведь не одна. У тебя Петя есть, Гарик твой, да мало ли охотников…

Как же ты не понимаешь, это другое!.. И вообще, мне столько надо тебе сказать… Я тут думала-думала…

У меня так мало времени, Ася… Поехали со мной?

Мне здесь что-то не нравится. Почему все деревянное — это старый вагон?

Я не знаю.

Помолчали немного, потом он говорит — мне пора. Время, время вышло. Так прямо и повторил дважды — время, время. Как бы механически и в то же время с надсадой, как будто у него болит, а он не может понять где.

Я к тебе приеду, Митя, разберусь немного и приеду.

А он отвечает: иди вниз, поспи, еще рано.

Я его спрашиваю — утром обсудим? И тут же вспоминаю — мы это уже говорили однажды, и смеюсь. А смех, как известно, разрушает сон, у сновидений ткань неплотная, им многого не надо…

Поднимаюсь, ноги в тапки, чувствую — покачивает, и стук колес — тыгдым-тыгдым-тыгдым. Светает, окно на месте, диван на месте, только верхней полки нет.

Ощущение не для слабонервных. Подушка мокрая, и я — как мышь. Как будто жар сошел.