Читаем Высотка полностью

(Какого черта я его слушаю? И водка у него противная, теплая. Долго он ее под сердцем носил? Тоже небось не сразу решился. Третьего дня похожую бодягу завести пытался, рулил-рулил, да не вырулил. О, еще одна скороговорочка. А выговорить слабо?)

Ах, да. Не о Баеве, естесно, речь, а о тебе, цветок ты наш полевой. Глаз у тебя — ватерпас, Зверева. И ладно бы с дальним прицелом! Так нет же — от скуки. А что человеку жизнь переехала — это мелочи.

Ты кого-то конкретно имеешь в виду? — спрашиваю.

Ой, Ася, я тебя умоляю… У Митьки одна большая беда в жизни была — Ксюха. Тебе до нее далеко, конечно, но ему сейчас многого и не надо. Он только с виду такой крепкий… Знала бы ты, сколько писем он Ксюхе настрочил, уже после… Слава богу, она сразу не сообразила… Потом бегала за ним — прости, дорогой, погорячилась… Она ведь до сих пор его достает, но мы с Лёхой не подпускаем. Митька только-только начал в себя приходить, встрепенулся, а тут ты… как снег на голову. Еще одно стихийное бедствие.

Что ты себе позволяешь, котовская морда, говорю я по-прежнему спокойным голосом.

Это я позволяю?! — заводится Кот. А знаешь ли ты, дитя мое, что Митьку позавчера со всех матчей сняли? За систематическое нарушение спортивной дисциплины? Ну не может человек, который не спит ни днем, ни ночью, быть олимпийским чемпионом! Я удивляюсь, что он в таком режиме целый год протянул…

Как это — сняли? Кто его снимет — он же капитан, без него не начнут.

Какой к ляду капитан! Его еще в том году в рядовые разжаловали! Она даже не в курсе — во дает!.. О чем ты вообще думаешь, Зверева! Парню от тебя конкретно отдохнуть надо, на нем лица нет. Или тебе все равно?

(Так и будешь молчать, глядя в чашку? Сама справишься или маму на помощь позовем? Мама, помоги, меня тут в песочнице обижают…)

Моя чашка пуста, сакура на ней цветет и не отцветает. Эту чашку, наверное, Митька в ванной мыл, пока жена ресницы красила. Или вон ту. И на стульях ее сарафанчики постиранные развешивал, как я сейчас с баевскими футболками поступаю…

Не хотел я, но раз пошла такая пьянка… Кто этот типчик, который тут на Митькином стуле просиживает свои штаны? Тоже фигура занимательная. Что думает Баев, мне пофиг, но Митька — он что, по-твоему, думать должен?

Ты Гарика имеешь в виду? Он мой напарник, мы вместе диваны околачиваем.

Ты сама себя слышишь хоть? Напарник!.. Запасливая ты, Аська. Такую запасливость нечасто встретишь. Я понимаю, когда на двух стульях сидят, сам практикую, но когда на трех!.. Парней так много холостых на улицах Саратова… — прогундосил Кот и снова налил по полной.

(Что, опять пить?)

Сказал бы я тебе, да язык не поворачивается. Короче, прошу по-человечески, по-доброму — оставь Митьку в покое. Или давай думай быстрей, нервы-то не железные.

И вот тут дело доходит до песочницы и я начинаю тихонько всхлипывать. Кот вскакивает, суетится, баевскую футболку мне подает — нос утирать…

Аська, ну ты что… Я же как лучше… ну перестань… Выпьем и забудем, лады? Ты пойми, мне Митька как брат, а ты воду мутишь… Съездила бы домой недельки на три, маму проведать. Поразмысли на досуге, как бы нам реогранизовать этот рабкрин, будь он неладен…

И так далее, и тому подобное. Я молчу, Кот разглагольствует, время идет.

Хочешь по-чесноку? Только без обид? Ты, конечно, девчонка хоть куда, но Митьке другую надо. Тихую, милую, домашнюю. Чтобы на сторону не смотрела. А ты, Зверева, оторва. Дома у тебя вон что делается — проходной двор. Скажи еще, что я не прав! Опять кого-то принесла нелегкая…

Стук в дверь, повторный, кажется. Входит Митька и сразу ко мне.

Кот, ты сбрендил?! Говорил, не наливайте ей! Девчонка, а все туда же. Водку хлещет, чтобы вам, дуракам, показать, что ни в чем не уступит. Не подходи, убьет — вот как это называется.

Ася, ты-то чем думала? Ну ладно Кот, он же неандерталец, у него там мозговая косточка, и та проспиртована, но ты!.. Давай, Котяра, дуй отсюда, пока я добрый. Сам дойдешь?

Митя, говорю я, Митя… Как здорово, что ты пришел… Я и правда назюзюкалась.

Вижу, улыбается Митька, ты хорошая-прехорошая, и язык заплетается. Наконец-то.

Митя, мне Кот все мозги выполоскал, ничего не соображаю… Ты не подумай, он от чистого, такскать, сердца. Он у нас как дитя, истину глаголет. Тебя спасти хотел.

От кого спасти-то? Уж не от тебя ли? А что, пора?

Давно пора. Я теперь все знаю, Митька, продолжаю я решительно, и про спортивный режим, и про то, как ты жене послания строчил, пока я пребывала в уверенности, что вылечила тебя от несчастной любви. Как говорится, пишите письма. Сейчас соберусь — и к маме, только на этот раз навсегда. А ты, Митенька, живи как жил. Капитань.

Ладно, это я сам решу, без посторонней помощи, отвечает Митя. А вот ты, Аська, без посторонней помощи даже до дивана не доберешься. Погоди, сейчас разложу и баиньки. Утро вечера мудренее.

Как это, говорю, не доберусь. Очень даже доберусь!