Читаем Второй шанс полностью

О нет, нельзя обманывать себя. И тем более нельзя поддаваться на его показную мягкость. На самом деле, он и сейчас столь же остро и трезво оценивает свою предполагаемую невесту, как делал это на балу. В высшем обществе жену себе выбирают так же тщательно и бесстрастно, как фермер — племенную корову в стадо.

Это сравнение настолько сильно заняло воображение Аманды, что она чуть было не поделилась им с женихом мадемуазель Жанетт. Но вовремя прикусила язык. К счастью для миссис Осакиро, та так и не узнала, как близко было очередное крушение планов месье Лолливаля в отношении будущего его дочери.

Альваро, продолжая о чем-то размышлять, поднялся и несколько минут постоял молча. Затем тряхнул головой, словно избавляясь от наваждения.

— Не хотите ли выпить? — неожиданно спросил он Аманду, подходя к столику, на котором стояли разномастные бутылки и бокалы. — Мартини? Шампанского?

Она покачала головой.

— Нет, спасибо. Я почти не пью, а сегодня и так уже выпила бокал шампанского. Для меня это чересчур.

— Бокал шампанского — чересчур? — Альваро поглядел на нее так, словно она с луны свалилась.

Ой-ой-ой! Наверное, она что-то не то сказала. Наверное, наследницы французских миллионеров, да еще с репутацией мадемуазель Лолливаль, чувствуют себя в шампанском, как рыбы в воде.

— Ну, во всяком случае, сегодня, — отделалась она уклончиво-расплывчатой формулировкой.

— А-а, понятно, — протянул Альваро с насмешливо-серьезным видом, еще более подчеркивая нелепость ее ответа.

Внезапно Аманда ощутила, что у нее нет больше сил играть в эту дурацкую игру. Ну сколько можно лгать и выкручиваться, загоняя себя все дальше и дальше в трясину, выбраться из которой так трудно?.. Но и признаться невозможно. Нельзя же вот так взять и сказать: «Любезный сеньор де Вальеспин, делайте, что хотите, но я вовсе не мадемуазель Жанетт, а ее двойник. Играю ее роль, поскольку она ударилась в бега и прячется от отца невесть где и невесть с кем. А теперь, с вашего позволения, я, пожалуй, поеду домой».

У Аманды мгновенно опять разыгралось воображение, и она представила эмоции, которые отразились бы на этом обычно столь бесстрастном лице после такого ошеломляющего откровения. Какие молнии сверкнули бы в его темном взоре! Пожалуй, сцена по накалу страсти не уступила бы шекспировской. Вот только и ей бы наверняка пришлось ой как не сладко! Девушка даже содрогнулась, представив свою плачевную участь. Нет, лучше не рисковать, лучше из последних сил придерживаться первоначального плана и потихоньку перевести разговор на какие-нибудь нейтральные темы, чтобы не приходилось спотыкаться на каждом слове.

— Так все-таки, — с полукапризной-полулукавой улыбкой произнесла Аманда, — расскажите мне о себе. Где вы учились, чем занимались то время, что мы не встречались.

Альваро в некотором недоумении пожал плечами.

— Вы уже второй раз заводите об этом разговор. Почему? Хоть наши семьи и живут в разных странах, но сейчас расстояния не проблема, к тому же наши отцы поддерживают дружеские и деловые отношения. Как-то трудно поверить, что вам ничего не известно о человеке, которого месье Лолливаль прочит вам в мужья.

Да, это я, пожалуй, не учла, удрученно подумала Аманда. Надо было снова как-то выкручиваться. И она, не меняя своего капризно-кокетливого тона, протянула:

— Уж если мне даже мое прошлое вспоминать лень, неужели вы думаете, что я буду забивать голову подробностями жизни кого-то постороннего?

— Ну, допустим, не кого-то постороннего, а предполагаемого мужа, — возразил Альваро и, вместо того чтобы обидеться или оскорбиться таким пренебрежением к своей особе, с любопытством посмотрел на Аманду. Как та отреагирует на это его заявление?

— Спасибо, что напомнили, — светски улыбнулась девушка и добавила: — А раз ваш статус стал другим, то вам просто необходимо поведать мне о том, что я если и знала о вас, то забыла… за ненадобностью. Теперь-то ситуация изменилась. Вы уж простите меня великодушно.

— Охотно прощаю, — усмехнулся Альваро. — И даже готов исполнить вашу просьбу. Хотя рассказывать особенно и нечего. Окончил Мадридский университет. Потом вошел в семейный бизнес. Ну, попутно еще выступал в сборной Испании по фехтованию.

— И все? — недоуменно приподняла брови девушка, когда он умолк. — Конец истории?

— Во всяком случае, в основных чертах — да.

А как же женитьба, сын, трагическая смерть Изабеллы? Или это то, что к «основным чертам» не относится? Или это слишком личное, чтобы говорить об этом мимоходом и с человеком посторонним? Хотя вряд ли невесту можно назвать посторонней…

— Я бы даже сказала, не в основных чертах, а в телеграфном стиле. Пунктиром, — заметила она.

Возможно, Аманда ошиблась, но ей померещилось, будто в глазах испанца сверкнуло предостережение.

— Прошу прощения, — сухо отозвался он, — я не слишком разговорчив.

— Я заметила, — согласилась она. — «Не слишком разговорчив» — это еще слабо сказано.