– Да ничего, собственно, – самым равнодушным голосом сказал Борис. – Разве что власть переменилась. Надоел Теоретику бардак, и решил он ее к своим рукам прибрать. Ну и, соответственно, пообщаться нужно. И определиться, кто и что будет делать дальше. Сейчас все соберутся, тогда и начнем.

После того как взгляды переместились на меня, только и оставалось, что кивнуть.

– И правильно, давно пора! – кивнул тот, который из Светлого.

Как мне показалось, с каким-то даже удовлетворением. Кстати, совсем не смутившись тем, что успел вернуться Жамыхов и определенно его услышал.

Глава восьмая

Решение, как выразился Борис, взять власть в свои руки возникло у меня спонтанно.

На Жамыхова я был зол. Даже не в связи с тем, что Карпышев угодил в ту ситуацию, в которой он сейчас находился. Хотя он был мне куда более симпатичен, чем Жамыхов. За весь тот бардак, который творился вокруг. Вообще-то сейчас мы должны были уже отпраздновать победу на перквизиторами и возвращаться домой. И что в итоге? Праздношатающиеся люди, и многие из них под градусом. Связью Карпышева не обеспечили, но запасы спиртного в здании бывшего Дома культуры подмели начисто.

«Связь, обязательно нужна связь, – уже в который раз я приходил к такому выводу. – И за подзарядкой батарей дело не станет. Работающие от дров термогенераторы для выработки электроэнергии существовали еще век назад. Партизаны с успехом использовали их во время Великой Отечественной, обеспечивая себе связь с Большой землей. Готовых здесь не найти, хотя на Земле их свободно можно купить и ими пользуются все, кто только имеет в них потребность – охотники, туристы, путешественники… Но ведь сюда попадает достаточно материала, чтобы изготавливать генераторы на месте!»

– Теоретик, – окликнул меня Гудрон. – Как будто бы все собрались, можно приступать.

Я обвел взглядом собравшихся людей, глядя им в глаза, но насмешки, чего так опасался, ни у кого не увидел. Они конечно же не остались стоять, найдя себе каждый место поудобнее. Пришлось подняться самому.

– Все меня знают?

Вероятно, и даже наверняка, разговор необходимо было начать с чего-то другого, но это было единственное, что пришло в голову.

– Да чего уж там, наслышаны, – ответил кто-то. – Можешь приступать сразу к делу.

Я посмотрел на Жамыхова – как он? И увидел на его лице облегчение. Собственно, да – лидером он стал волей случая. Ну а в том, что народ поднялся, чтобы покончить с перквизиторами, нет ни малейшей его заслуги. Все получилось стихийно, после их визита в какое-то поселение, сопровождавшееся, как и обычно, зверствами.

– Ну и что вы обо всем этом думаете?

Если люди сейчас начнут роптать, или хуже того – возмущаться, мне только и останется, что утереться. Потому что нет за мной той силы, которая смогла бы всех нас объединить. Есть только желание поскорей со всем покончить. И отправиться назад, к морю.

– К делу, Теоретик, к делу! – снова призвал все тот же мужчина. – Нам что, «любо» нужно тебе поорать или без этого обойтись можно?

Народу пришло много, куда больше, чем по одному представителю, и все это означало, что часть позиций наверняка оголена. Но прав Гудрон – здесь не армия. Начнется где-нибудь стрельба, и все побегут туда толпой. Так же и драпать будут, если дело обернется худо. Все это – реалии, и мне их не перебороть, но хоть что-то я сделать должен.

– Значит, так. Орать ничего не нужно, но всем, за исключением тех, кого вы считаете своими командирами, разойтись по местам. Когда вернутся, они вам все расскажут. Вопросы есть?

Нам нужно о многом поговорить и выработать четкий план. Я охотно верил, что каждый из присутствующих – исключительная личность с уникальным опытом и советы от них будут дельными. Но при подобном столпотворении ничегошеньки у нас не получится.

– Хотя бы в общих чертах объясни, что будем делать дальше.

– В общих все выглядит так. Сначала выручим Карпышева и его людей, затем раз и навсегда покончим с перквизиторами. Это все, что могу пока сказать. Ну разве что – постараемся обойтись как можно меньшими жертвами. Но для этого нужна дисциплина. Так что заранее свыкайтесь с мыслью – любой мой приказ должен быть исполнен. Потом, когда все закончится, можете призвать к ответу, высказать претензии и так далее. А пока повторюсь – любой!

– Ну вот, Теоретик, а ты в себе сомневался! – когда наше совещание закончилось и мы остались наедине, начал меня нахваливать Гудрон. – Все в наилучшем виде получилось. Коротко, ясно и по существу. Иной раз удивлялся – и откуда у тебя все это?!

Чему там особенно удивляться? Жизнь заставляет. Она и есть наилучший учитель. Ну и наставники у меня с той поры, как только сюда угодил, один лучше другого, взять даже самого Гудрона.

Показался Янис, и вид у него был опустошенный. Он приблизился, сел на камень и некоторое время молчал, бездумно уставившись в землю под ногами.

– Ну что, Артемон, можно поздравить с победой? – обратился к нему Гудрон.

– Сложный противник попался, – только и ответил тот.

– Пошли, Артемончик, я тебя накормлю, – предложила Ирма. – А заодно расскажешь, как все произошло.