Читаем Второй шанс полностью

Едва только успел натянуть влажные штаны, как пришла Ирма. Обычно улыбчивая, острая на язык, сейчас она выглядела иначе.

– Игорь, что ты думаешь, насчет взрывчатки они правду говорят?

– Не знаю. Но даже если все так и есть, обязательно выкрутимся.

Я ведь должен еще быть и образчиком оптимизма. В самом крайнем случае настою на том, чтобы обе девушки пошли вместе со мной. Да, их будет ждать незавидная участь: у перквизиторов женщины на положении рабынь, к тому же общие, но они останутся живы, а это самое главное. Затем, глядишь, все изменится к лучшему.

– Кстати, Ирма, как там наш всезнайка себя чувствует?

– Славе определенно лучше, но с ним все еще что-то не так.

Плохо. Проф нужен как полноценный боец: у меня их и без того перечесть на пальцах. Тех, в ком уверен, как в себе самом. Следующим заявился Трофим.

– Сколько парламентеров? – не дал я ему открыть рот.

– Трое.

– Всё как обычно?

– Да. Балахоны, бронежилеты… и рожи, в которые так и хочется ударить ногой с разбега.

Когда собрались остальные, в комнатке действительно стало тесно. Но не успел я приступить к разговору, как в комнату заглянул посыльный от Жамыхова.

– Они там ждут, – сообщил он, обведя всех подозрительным взглядом.

Все было понятно и без слов: чего это мы собрались? Уж не для того ли, чтобы, бросив всех остальных, попытаться уйти? И тогда перквизиторы подорвут заряд не задумываясь.

– Потерпят. – Я нетерпеливо махнул рукой, мол, ты свое дело сделал, а теперь, будь добр, покинь помещение. И едва за ним захлопнулась дверь, спросил: – Трофим, их обыскивали?

– Нет. Оружия у них изначально не было, но под броники никто не лазил. Чай не девицы. – Хотел он того или нет, но покосился на бюст Ирмы, а тот у нее роскошный. Спросил: – Считаешь?..

– Скорее допускаю.

– А что, логика присутствует, – присоединился к разговору Гудрон. – Соберется все, так сказать, руководство, и тут – бах! Трофим, они на «деток» похожи?

– Как будто бы нет: слишком нагло себя ведут. Хотя черт их разберет.

– Сомнительно. – Взгляд, брошенный Трофимом на Ирму, от внимания Славы Профа не ускользнул, он даже немного набычился, собственник. – Спрятать взрывчатку на теле можно, и видно не будет, но если бы их действительно вначале обыскали?

«Точно Проф идет на поправку!» – резюмировал я.

– Если бы обыскали, значит, нашли бы, – возразил Вячеславу Остап. – А вообще не лишено резона.

– Как бы там ни было, сделаем так. Заходим втроем с Трофимом и Борисом и лишаем их, так сказать, чувств. На тот случай, чтобы не смогли себя взорвать, когда станем обыскивать.

Зная перквизиторов, подобное вполне могло произойти. Особенно в том случае, если те действительно были «детьми вазлеха». На начальном этапе их невозможно отличить от обычных людей. Это уже затем, когда паразит прочно внедрится в мозги, произойдет необратимое изменение структуры личности, и чем дальше, тем больше, чтобы через какое-то время превратить их в самых настоящих идиотов. Да и кому, как не тому же Трофиму, об этом не знать? Ведь именно благодаря его умению развязывать языки мы и узнали от пленного перквизитора так много. К тому же был еще вариант, что взрывчатка на них станет средством шантажа. В таком случае даже муляж подойдет.

– Если окажутся чистыми, приведем их в себя и уже тогда поговорим. Думаю, извиняться не придется.

– Даже если они будут настаивать, и не подумаю, – фыркнул Трофим. – Единственное, Игорь, ты зайдешь чуть позже, на всякий случай. Не исключено, что именно ты и есть их цель, а все остальное – так, декорации. Артемон, поможешь, чтобы нам с Гудроном вдвоем на троих не распыляться?

– Отчего нет? – пожал плечами Янис.

– Тогда не будем терять времени.

Взрывчатки ни на ком из троих парламентеров не оказалось. Впрочем, как и тонкого шрама на шее там, где начинается граница волос.

– Дай-ка я! – заявил Трофим, видя, что Янис никак не может привести своего клиента в сознание. И некоторое время спустя спросил: – Артемон, ты силу свою соизмерять умеешь?! Сдается мне, с ним все.

– Перестарался. – Янис если и выглядел смущенным, то не настолько, чтобы быть искренним.

– Игорь, к чему все это? – задал вполне закономерный вопрос Жамыхов. – Парламентеры ведь!

– Согласен, перестраховались.

– Дорого ему твоя перестраховка обошлась! К тому же у нас и без того проблем мало?

– Всех туда бы отправить, – бросил через плечо Гудрон, помогая одному из перквизиторов усесться на стул, чтобы занять место за его спиной. – С этого начнем, на мой взгляд, он самый сообразительный.

– С этого, так с этого, – пожал плечами я. – Звать тебя как?

– Вот ты, значит, какой, Теоретик. Так сразу по тебе и не скажешь.

– Что именно?

– Что из-за тебя столько нашей братвы полегло.