Читаем Второй Год полностью

— Да. Видишь ли, мой отец — отец всего, что обитает внизу. От тьмы к свету матери. Океан составляет большую часть этого мира… я обладаю силой, превосходящей твое понимание. Несмотря на это, я так и не нашел себе пару.

Семьей Ашера была Матерь Всего Сущего, семьей Сонариса — отец всего, что ниже. А я, предположительно, была их парой.

Я была в полной заднице.

46

Лотос, видимо, собрав все свое терпение, что у нее было, ударила руками по барьеру Луи. Ее глаза расширились, когда он выдержал ее удар.

Она смотрела на Луи так, как смотрят на хищника в дикой природе.

— Хммм, ты удивил меня, смертный.

Луи по-прежнему выглядел лениво расслабленным, и я определенно хотела быть на его месте, когда вырасту. Конечно, он мог сделать не так уж много, особенно когда к нам присоединился Сонарис, направив свою магию на барьер. Луи продержался пять минут, и я была почти уверена, что в его ДНК есть нечто большее, чем маленький бог.

Когда барьер рухнул, Ашер, Коннор и я вышли вперед. Мы были гораздо менее уязвимы, чем наши друзья.

— Мы не причиним им вреда, если вы просто пойдете с нами, — сказала Лотос, которая уже хорошо знала о наших слабостях.

Звуки борьбы вокруг нас продолжались, и это был только вопрос времени, когда другие боги придут к нам.

— Хорошо, — тихо сказала я.

Я почувствовала, как Ашер и Коннор напряглись рядом со мной. Однако никто из них не спорил.

— Обещай, что наши друзья не пострадают. Позволь Луи открыть проход и сбежать, и мы пойдем с тобой.

— Мэддисон, нет! — крикнула Илия. Я проигнорировала ее.

— Мы не можем победить их, — напомнила я всем. — Это наш единственный выход.

— Согласна, — перебила Лотос. — Даю слово.

Перед нами появился портал, и она взмахнула рукой.

— Это приведет твоих друзей туда, куда они захотят. Просто подумайте о месте, и вы окажетесь там.

— Мэддисон, — предостерегающе сказал Луи, но я не могла к нему повернуться, я была слишком занята, не сводя глаз с богов перед нами. Кроме того, он собирался стать отцом. Я бы не стала рисковать им.

Мой голос сорвался.

— Пожалуйста, отведи их в безопасное место. Пожалуйста. Ради меня.

Он все еще колебался, но затем выругался.

— Я выведу их за ворота. Я вернусь за вами, ничего не предпринимайте.

Все начали протестовать, но Луи был слишком силен, и, когда его сила окутала их всех, он протащил их через проход. Если мы переживем это, Илия надерет нам задницы.

Конечно, сначала нам нужно было выжить.

Портал исчез, и я знала, что Луи не обрадуется. Мы были предоставлены сами себе. Я протянула руки и схватила Ашера с одной стороны, Коннора — с другой, и мы втроем встали лицом к лицу с богами.

— И что теперь?

— Теперь вы следуете за нами, — сказал Сонарис, и в его словах сквозила мрачность. Он смотрел на мои руки, соединенные с руками мальчиков; ему это не нравилось. Энергия бурлила во мне, отвечая на его, и я ненавидела себя за то, что даже малая часть меня чувствовала себя связанной с этим ублюдком. Я должна была придумать, как это разрушить. Я должна была придумать, как уничтожить их всех.

В тот момент, когда моим друзьям угрожали, я уже приняла решение призвать Адских тварей и убить богов. Если это уничтожит Землю… что ж, это было лучше, чем альтернатива. Если бы эти боги обладали всей мощью матери всего сущего, конец света все равно бы наступил.

— Пошевеливайтесь, — сказала Лотос, поворачиваясь и направляясь прочь. Она не вернулась к месту драки; она пробиралась по нижней части сидений на стадионе, пока мы, в конце концов, не нырнули в небольшой туннель и не оказались в центре затонувшего стадиона. Я чувствовала себя неловко, потому что Сонарис прикрывал нас, следя за тем, чтобы никто из нас не наделал глупостей.

Например, попытаться ударить Лотоса в спину.

Я много думала об этом, и у меня руки чесались взять трезубец. Мне очень понравились эти большие вилки.

Лотос развернулась, выбив мою руку из рук Ашера. Моя сила пронзила меня насквозь и ударила в нее, отбросив назад, но не раньше, чем она успела уколоть меня своими острыми как бритва ногтями, разбрызгивая мою кровь вокруг.

В отличие от нее, мой цвет не был золотым, но выглядел очень темным, почти полуночно-фиолетовым, когда растекся по белому камню пола. Ашер зарычал, а затем его сила присоединилась к моей, и я отбросила ее к дальней колонне. Его глаза были цвета чистого золота, как я и предполагала, и я подумала, не позовет ли это его мать сюда. Прямо сейчас она была нашей единственной надеждой помешать открытию этой двери. Жаль, что она также хотела убить меня, чтобы я не трогала ее драгоценного сына. Завтрашняя проблема.

Моя кровь зашипела, и от того места, где она попала на землю, поднялся пар. Мрамор начал разрушаться, пока, в конце концов, в земле не появилось большое отверстие. Появилась длинная винтовая лестница, черная как ночь, с золотыми вкраплениями, спускающаяся под землю.

Лестница длинная и узкая.