Читаем Вторая модель полностью

По обе стороны гор, разделяющих Новый Свет, сражались стомиллионные армии. Каждый час, каждую минуту тысячи людей гибли, тысячи становились калеками. А над их головами парили сверкающие шары, с наслаждением поглощая шампанское человеческой агонии.

Сатанинский банкет близился к концу. Вот-вот внесут последнее блюдо - атомный десерт в критической массе, поданный обагренными кровью руками. И тогда, насытившись людскими страданиями, обжоры смогут передохнуть в ожидании следующих пиршеств, привычных, старых как мир попоек, сопровождающих у людей времена свадеб и похорон. Итак - восемьдесят часов!

Грэхем с такой скоростью влетел в свою нью-йоркскую квартиру, что, только оказавшись на середине комнаты, увидел дремлющего в кресле человека. Лампа под потолком не горела, но вся комната была наполнена сиянием, шедшим от электрического радиатора. Обладателям нового зрения уже давно стала привычной способность видеть при тепловом излучении так же ясно, как при дневном свете.

Это ты, Арт! - радостно воскликнул Грэхем. - А я уж хотел позвонить в Стэмфорд, попросить, чтобы тебя поскорее вытурили. Ты мне нужен позарез.

- Я сам себя вытурил, - лаконично ответил Воль - У меня эта больница - уже вот где! К тому же одна дежурная сестра - тощая и приставучая - не давала мне прохода. Звала меня ВоллиПолли и куда-то уволокла мои брюки. Брр!

- Он передернулся при одном воспоминании о ней. - Когда я потребовал свою одежду, они стали мяться, как будто загнали ее старьевщику. Ну я и рванул прямо так.

- Что - нагишом?

- Скажешь тоже! - Воль был явно шокирован. - Он пнул узелок, лежавший на полу. - Вот в этом. Волна преступности достигла апогея - даже полицейские таскают больничные одеяла. - Он поднялся и, разведя руки в стороны, стал медленно поворачиваться, подражая манекенщицам. - Как тебе костюмчик?

- Ба, да это же мой!

- Точно. Я обнаружил его у тебя в шкафу. Слегка висит под мышками и обтягивает задницу, но в целом сойдет.

- Ну и фигура же у тебя! Сверху мало, снизу много, - заметил Грэхем. Тут его улыбка погасла и он посерьезнел. - Послушай, Арт, - сказал он, усаживая приятеля обратно в кресло. - Время дорого. Я только что из Вашинггона. То, что я там услышал, придало мне такое ускорение - только успевай поворачиваться. Дело куда хуже, чем я предполагал. - Грэхем кратко пересказал события, произошедшие с тех пор, жак он оставил Воля в Стэмфордской больнице. - Я попросил Кейтли - так что вот, получай. - Он вручил другу гладкое, покрытое иридием кольцо. - Нравится тебе это или нет, только ты уволен из полиции и принят в разведку. Теперь ты мой напарник.

- Значит, так тому и быть. - Несмотря на показную браваду, Воль не сумел скрыть свою радость. - И как это, черт возьми, начальство умудряется всегда угадать размер кольца?

- Забудь о размере, - у нас есть загадки поважнее! - Он дал Волю объявление, которое вырвал из газеты "Сан", найденной у Фармилоу. - Нужно срочно разворачивать действия. Времени у нас до понедельника. К шести вечера будет ясно: победа или похороны. Мы можем лечь костьми, но до этого рокового срока выход должен быть найден. - Он показал на газетную вырезку - Вот, Фармилоу нацарапал перед смертью. Это наш единственный ключ.

- А ты уверен, что это ключ?

- Черта с два! Разве можно в этой переменчивой жизни быть хоть в чем-то уверенным? Но я нюхом чую, что он должен навести нас на что-то важное, из-за чего Фармилоу и погиб!

Воль долго и пристально рассматривал медведя, с глупым видом позирующего на фоне айсберга, потом спросил:

- Вы уже разобрали рефрижератор на части?

- Сангстер засунул его в университет, там его распатронили до последнего винтика, гаечки, пружинки. Осталось разве что слизать эмаль с обшивки.

- И что - никаких результатов?

- Ни малейших. Холод может убивать витонов, замедляя их колебания, только как мы собираемся это осуществить? Ведь лучей чистого холода не бывает, и нет никакой надежды их изобрести - с теоретической точки зрения это чистый абсурд. - Грэхем озабоченно посмотрел на часы. - Тебе эта загогулина ничего не говорит?

- Бр-р-р! - поежившись, ответил Воль.

- Не валяй дурака, Арт! Сейчас не время для шуточек.

- Я все время мерзну, - извиняющимся тоном произнес Воль. - Он мрачно уставился на хвастливую рекламу. - Не нравится мне самодовольная ухмылка этой зверюги. Знает, что мы увязли, - и хоть бы хны! - Он вернул вырезку Грэхему. - Она говорит мне только то, что я знал уже давно: у тебя удивительная способность откапывать самые заковыристые зацепки!

- Зачем ты мне об этом напоминаешь? - раздраженно буркнул Грэхем. - Медведь! - он злобно ткнул пальцем в вырезку. - Ведь есть же в нем что-то такое, что должно быть ключом. Или даже отмычкой к нашей загадке. Может, в нем наше спасение, если бы только мы сумели правильно взглянуть на дело. А ведь всего-то - здоровый, корыстный, самодовольный, а возможно, и блохастый медведь!

- Вот именно, - подхватил Воль, за неимением лучшей идеи, - неуклюжий, кривобокий, вонючий медведь! Паршивый полярный мишка!