Глупо было надеяться, что обращённые* отреагируют на мои вопли. Они подчиняются только тому вампиру, который дал им испить своей крови. Такие люди становились самыми преданными и послушными слугами и готовы были отдать жизнь за хозяина. И как бы я ни извивалась и ни пыталась высвободиться, всё было без толку.

Меня протащили почти через весь родовой замок и кинули в темницу.

Ржавая дверь скрипнула за спиной и закрылась с грохотом.

Не контролируя эмоции и плохо понимая, что причитания ничем не помогут, я кинулась к решётке.

– Умоляю, выпустите меня! Я не хотела! – слёзы отчаяния потекли по щекам. Несколько раз дёрнула за толстые прутья, но куда там! Будь у меня вампирская сила, то никакая дверь не устояла бы. А так, теперь сидеть тут до скончания веков. Эвелин ни за что не выпустит меня отсюда.

Обессилено сползла на пол и завыла. Надо было бежать, как только узнала про званный обед. А теперь всё кончено. Я сгнию тут заживо.

Стражники ушли, унося с собой свет. Подземелье погрузилось в привычную тьму. Она не причиняла дискомфорт в отличие от сырости и насыщенного запаха плесени и разложения.

Немного успокоившись, огляделась по сторонам. Лучше бы не делала этого. Я оказалась в камере не одна.

Сокамерник висел пригвожденный кандалами к стене. Он то и был источником отвратительного запаха. Его тело уже успело частично разложиться. Пустые глазницы смотрели в темноту, а рот открылся в немом крике. Кожа местами облезла, оголив мышцы и кости.

В ужасе отвернувшись, едва сдержала приступ тошноты. Воображение чётко нарисовало меня в таком же виде.

Пребывание в темнице превратилось в ужасную пытку. Не имея возможности нормально лечь или хотя бы сесть, я жалась к решетке и дрожала всем телом от холода и страха. Ночной образ жизни требовал сна, а пустой желудок – еды. В итоге я вымоталась настолько, что впала в забытье.

– Что, мерзавка? Хорошо тебе тут? И компания интересная, не правда ли?! – насмешливый голос Эвелин вывел меня из оцепенения. За её спиной маячили стражники, меня удивило не то, что за мной пришли, а то, что она явилась лично. Наверняка придумала более изощренное наказание и хочет позлорадствовать.

– Вставай и отправляйся в свою берлогу. Приведи себя в порядок и жди распоряжений, – мать подала знак стражнику, и он открыл решетку.

Встать самостоятельно я не смогла. Меня подхватили под руки и подвели к Эвелин.

– Запомни, ты ещё будешь вспоминать этот день и жалеть, что не осталась в темнице! – проговорила она, смакуя каждое слово, а затем рассмеялась.

Затем меня, словно мешок с овощами, приволокли в покои и бросили прямо на пороге.

Стоило страже уйти, тут же появилась Лиси. Она крадучись вышла из-за угла и помогла мне встать.

– Какой ужас, что с вами сделали? – служанка довела меня до софы и усадила, подложив под спину подушку. – Ваше лицо! Оно изуродовано! – девушка начала причитать.

– Прекрати, Лиси. У меня и так голова кружится, – с трудом прошептала я.

– Сейчас, я принесу вам воды и поесть, – она умчалась вихрем, а я откинула голову на подушку, но не успела прикрыть глаза, как ко мне пожаловала Мунлайт.

– Так это правда! Мама выпустила тебя! – она капризно надула губки. Но недовольство быстро сменила улыбка, когда я повернулась к ней левой щекой. – Зато ты на всю жизнь выучишь урок. И каждый раз, посмотрев в зеркало, будешь вспоминать, что на меня даже глаз поднимать нельзя! А если ещё раз повторится что-то подобное, я собственноручно скормлю тебя гончим, как ненужного раба, – Мунлайт победно подняла голову и, цокая каблучками, ушла, не подозревая, насколько мне безразличны её слова.

Наконец-то, оставшись одна, я с облегчением вздохнула и закрыла глаза. Сейчас совершенно не волновало, что там с лицом. Пусть хоть всё исполосуют – это не важно. Мне просто дико хотелось спать, а остальное подождет.

На удивление мне ничего не снилось, и я спокойно проспала до самого утра и спала бы дальше, если б не Лиси. Она разбудила меня рёвом.

– Ты почему плачешь, – удивленно спросила сонным голосом.

– О, вы проснулись! – она быстро утёрла слёзы и радостно улыбнулась: «Ненормальная!»

– Что случилось? Почему плакала?

– Госпожа Эвелин приказала разбудить вас, но вы не реагировали на мой голос и прикосновения. Я испугалась, что меня накажут и вас тоже, – пояснила она, шмыгая носом. – Скорее завтракайте, а я приготовлю ванну.

– Опять званый обед? – второго раза я не вынесу. В ужасе посмотрела на дверь, представив примерный план побега.

– Нет, но госпожа Эвелин распорядилась привести вас в надлежащий вид. Сегодня Мунлайт отправляется в замок будущего мужа.

Я немного успокоилась, но в сердце всё равно закралась тревога.

Глава 4

После скромного завтрака из рисовой каши, куска хлеба и стакана воды, я приняла ванну. Лиси снова сделала мне укладку и принесла новое платье.

– Где ты его взяла?! – я с ужасом отшатнулась от него, как от проклятого.

– Госпожа Эвелин распорядилась принести вам новую одежду, – служанка поднесла платье, которое было для меня последним сигналом.

С чего бы мать так расщедрилась? Явно не для того, чтобы извиниться за жестокость!