Читаем Встреча полностью

— Там, в переулке, ждет карета. — Гарри аккуратно прикрыл окно и взял ее за руку. — Скорей!

Оглянувшись, Августа заметила, как в окне верхнего этажа зажегся свет. Лавджой собирался ложиться спать. Окно его комнаты было совеем рядом, а они еще даже не успели отойти от дома. Если Лавджою придет в голову выглянуть в сад, он сразу заметит две подозрительные темные фигуры, устремившиеся к калитке.

Но никакого сердитого окрика не последовало, и они с Гарри благополучно выбрались из сада.

Пальцы Гарри крепко, точно наручниками, сжимали ее запястье, пока он тащил ее за собой по улице.

Мимо проехал наемный экипаж, затем простучал по мостовой кабриолет с двумя пьяными молодыми щеголями. Однако никто и внимания не обратил ни на мужчину в черном пальто, ни на его спутника.

Примерно на середине улицы Гарри дернул Августу за руку, и они свернули в узкий проезд между домами, почти полностью перекрытый изящным экипажем со знакомыми лошадьми.

— Но ведь это же карета леди Арбутнотт, не правда ли? — Августа изумленно посмотрела на Гарри. — А что здесь делает Салли? Я знаю — она ваш друг, но уверена, что не вы заставили ее приехать сюда в столь поздний час. Она слишком плохо себя чувствует для подобных поездок.

— Ее здесь нет. Ваша подруга была так добра и одолжила мне свой экипаж, чтобы мою карету не заметили в этой части города. Залезайте, и побыстрее.

Августа сразу подчинилась, но все-таки успела заметить на козлах знакомую фигуру. Человек этот был укутан в плащ, кустистые брови скрывала низко надвинутая шляпа, но Августа узнала его мгновенно:

— Это вы, Скраггз?

— Да, мисс Баллинджер, боюсь, что так, — с мрачным видом проворчал Скраггз. — Меня вытащили из теплой постели, ничего не объяснив… Я горжусь тем, что я превосходный дворецкий, и мне платят вовсе не зато, чтобы я держал в руках вожжи. Но сегодня мне ведено изображать кучера, и вот я стараюсь вовсю, хотя не уверен, что получу хотя бы чаевые.

— Вам нельзя вечером подолгу оставаться на воздухе, — нахмурившись, сказала Августа. — Для вашего ревматизма это очень вредно.

— Да, что правда, то правда, — кисло согласился Скраггз. — Но попробуйте объяснить это некоторым благородным и знатным джентльменам, которым нравится шнырять по улицам среди ночи.

Гарри рывком отворил дверцу кареты.

— Умоляю, не стоит проявлять чрезмерной заботы о ревматизме Скраггза, Августа. — Он легко обнял ее за талию. — Вам куда больше следовало бы беспокоиться о самой себе.

— Но, Гарри… то есть, милорд… Ой! — И Августа очутилась на сиденье, скрытом зелеными бархатными занавесками. Устраиваясь поудобнее, она слышала, как Гарри разговаривает со Скраггзом.

— Не останавливайтесь до тех пор, пока я не скажу, что следует возвращаться к леди Арбутнотт.

— О господи! Ехать-то куда? — Теперь, в закрытой карете, голос Скраггза звучал как-то иначе: совершенно исчез вечный скрип и кашель.

— Мне все равно. — Гарри говорил сердито. — Поезжайте вокруг одного из парков или куда-нибудь в пригороды. Все равно. Следите только, чтобы карета не привлекала к себе внимания. Мне нужно кое-что сказать мисс Баллинджер, и я не могу придумать более спокойного и уединенного места для этой беседы.

Скраггз громко откашлялся. А когда заговорил, голос его опять звучал иначе, чем обычно, и тем не менее показался Августе странно знакомым.

— Знаете, Грейстоун, может быть, вам следовало бы подумать, прежде чем кататься без цели ночью? К тому же вы сейчас далеко не в лучшем настроении…

— Когда мне понадобится ваш совет, Скраггз, я у вас его попрошу, — резко оборвал его Гарри. — Вам ясно?

— Да, милорд, — сухо ответил Скраггз.

— Вот и великолепно. — Гарри сел в карету и захлопнул дверцу. Потом задернул занавески…

— Совсем необязательно было так кричать на него, — с упреком сказала Августа, когда Гарри плюхнулся на сиденье напротив нее. — Он всего лишь старик и ужасно страдает от ревматизма.

— Да пошел он к черту вместе со своим ревматизмом. — Теперь Гарри говорил куда мягче. — В данный момент меня больше беспокоите вы, Августа. Нет, скажите все же, с какой стати вы полезли сегодня в дом Лавджоя? На что вы рассчитывали?

Только теперь Августа поняла, насколько Гарри взволнован и рассержен. Впервые за весь вечер ей вдруг захотелось оказаться в безопасности собственной спальни.

— Мне казалось, вы понимаете, почему я это сделала, милорд. Вы, полагаю, знали о моей долговой расписке, которая осталась в руках Лавджоя. По-моему, вы знали также и о том, как именно я проиграла ему тысячу фунтов. Если не ошибаюсь, Салли рассказала вам об этом?

— Да, но вы должны ее за это простить. Она была страшно встревожена.

— Да, разумеется. Ну так вот, я пыталась вернуть Лавджою свой долг, однако взять деньги он отказался. И я более не считаю его джентльменом! Не сомневаюсь, он строил всякие гнусные планы, желая воспользоваться моей распиской и унизить меня или, может быть, вас. Вот я и решила попробовать добыть эту самую расписку.

— Черт побери, Августы. Но с какой стати вы вообще вздумали играть в карты с Лавджоем?