Читаем Вся ярость полностью

Присутствуют: детектив-инспектор Р. Галлахер, детектив-констебль В. Эверетт, мисс С. Роджерс (представитель опеки)

Р.Г.: Для протокола: мисс Салли Роджерс присутствует как представитель опеки, защищающей интересы несовершеннолетней мисс Эпплфорд. Надин не задержана; ей сообщено о том, что она может в любой момент позвать свою мать и адвоката. В настоящий момент миссис Диана Эпплфорд находится в соседнем помещении. Итак, Надин, наверное, ты гадаешь, почему ты здесь.

Н.Э.: (Молчание.)

Р.Г.: Что ж, я тебе скажу. Мы провели новые анализы пластикового пакета, которым душили твою сестру. На нем обнаружены следы ДНК.

Н.Э.: (Молчание.)

Р.Г.: У тебя есть мысли насчет того, чьи эти ДНК могут быть?

Н.Э.: (Отводит взгляд.) Откуда мне знать?

Р.Г.: Ты абсолютно уверена в этом?

Н.Э.: Послушайте, оставьте меня в покое – я же сказала вам, что не знаю.

Р.Г.: Боюсь, знаешь, Надин. Не ведаю, много ли тебе известно о ДНК, но, в частности, по ним можно узнать пол человека. Также можно узнать, являются ли два человека родственниками. Так вот, мы провели дополнительные тесты и выяснили, что двое из тех, кто держал этот пакет, являются близкими родственниками. Практически наверняка это мать и дочь.

Н.Э.: (Сплетает руки.) И что с того?

Р.Г.: Ты не знаешь, к. то эти мать и дочь?

Н.Э.: Я же вам сказала: ко мне это не имеет никакого отношения! Не могу понять, зачем вы все это у меня спрашиваете.

Р.Г.: (Протягивает лист бумаги.) Это результаты теста, Надин. И они показывают – без малейшей вероятности ошибки, – кто эти мать и дочь. Это ты, Надин. Ты и твоя мама.

Н.Э.: Нет, неправда… этого не может быть! Криминалисты ошиблись!

Р.Г.: Как я уже говорила, боюсь, вероятность ошибки исключена. Поэтому я снова спрошу у тебя: ты можешь рассказать нам, что случилось с твоей сестрой?

Н.Э.: (Возбуждается.) Я же вам сказала – это была не я!

Р.Г.: Ты не можешь объяснить, почему этот конкретный пакет в конечном счете использовался при нападении на твою сестру?

Н.Э.: Откуда мне знать? Наверное, кто-то его подобрал… мало ли что?

Р.Г.: Ты должна понимать, что вероятность этого крайне Мала…

Н.Э.: Я же вам сказала – я не знаю…

Р.Г.: Надин, где ты была в то утро, когда на Фейт напали?

Н.Э.: В школе. Я вам уже говорила.

Р.Г.: У кого-либо из твоих знакомых есть фургон?

Н.Э.: Нет.

Р.Г.: Универсал, внедорожник – что-либо подобное?

Н.Э.: Нет.

Р.Г.: У тебя хорошие отношения со своей сестрой?

Н.Э.: При чем тут это?

Р.Г.: Когда я была в твоем возрасте, временами мне хотелось выцарапать своей сестре глаза. Она просто жутко выводила меня из себя. У тебя никогда не возникало такого чувства?

Н.Э.: Нет.

Р.Г.: Даже несмотря на то, что из-за сестры тебе пришлось переменить школу? Даже несмотря на то, что из-за нее ты лишилась всех своих подруг? Представляю, как тебе было плохо.

Н.Э.: Да не так уж и плохо. К тому же теперь у меня уже есть новые подруги.

Р.Г.: Фейт очень переживала по поводу нападения, так?

Н.Э.: Ну да, и что с того?

Р.Г.: Ей очень плохо с тех пор.

Н.Э.: Наверное.

Р.Г.: Уверена, ты этого не хотела.

Н.Э.: Я этого не делала – я вам уже говорила! Я не имею к этому никакого отношения. (Вот-вот расплачется.) Почему вы спрашиваете у меня обо всем этом дерьме?

Р.Г.: Мы поговорили у тебя в школе, и нам сказали, что в то утро, когда напали на твою сестру, тебя не было на регистрации. Нам сказали, что в 11:15 ты пришла на урок географии, но никто не знает, где ты была до того. Ты можешь это объяснить?

Н.Э.: (Молчание.)

Р.Г.: Надин, ты была на огородах? Ты причастна к тому, что произошло с твоей сестрой?

Н.Э.: (Молчание.)

В.Э.: Надин, зачем тебе принимать на себя всю вину? Мы знаем, что был еще кто-то. Тот, кто управлял фургоном. Кто это, Надин? Почему ты его выгораживаешь?

Н.Э.: (Обращаясь к представителю опеки.) Я теперь могу идти домой?

Р.Г.: К сожалению, Надин, не можешь. Пока что. Но если ты хочешь, мы можем сделать небольшой перерыв.

С.Р.: По-моему, это очень хорошая мысль.

Допрос прерван в 18:35.