Читаем Всевидящее око полностью

— Он бы не отважился меня обманывать, — спокойно ответил Бумер.

— Ну, тогда лучше всего ему отправиться спать.

Отпустив беднягу, Бумер встал; Аллен, мистер Уиплстоун и Фокс, разумеется, тоже поднялись.

— Мой дорогой Рори, — сказал Бумер, — один вопрос следует решить немедленно. Речь идет о теле покойного. Мы его отправим обратно на родину и похороним по нашим обычаям.

— Могу обещать всяческую помощь с нашей стороны. Полагаю, тебя в этом заверил и заместитель начальника полиции.

— О да, он был весьма любезен. Симпатичный человек. Но я слышал, ваш патолог что-то говорил о вскрытии. Об этом и речи быть не может.

— Понимаю.

— В Нгомбване произведут обстоятельнейший осмотр.

— Хорошо.

— Если, как я вижу, с вопросами покончено, полагаю, стоит выяснить, как дела у Гибсона. Если и он тоже закончил, я хотел бы попросить, чтобы мне перед уходом из посольства предоставили отчет о результатах. Я пока тут наведу кое-какой порядок.

Это было неприкрытым предложением удалиться. Аллен заверил, что всех сотрудников Ярда скоро отзовут. Бумер поблагодарил его за приложенные усилия и заявил, что даст Аллену знать, если вдруг выяснится, что преступник — один из его собственных людей. С другой стороны, полиция будет продолжать обеспечивать безопасность за пределами посольства. После этого говорить было уже не о чем. Аллен стал прощаться, но Бумер его остановил.

— Есть еще одна вещь, которую мне хотелось бы решить немедленно.

— Что именно?

— Речь идет об окончании моего визита в Англию. Мне трудно решиться.

«Уж не думает ли он досрочно вернуться в Нгомбвану? — прикинул Аллен. — Лететь вместе с телом? Как бы это порадовало Гибсона!»

— Разумеется, от приема в Букингемском дворце отказаться я не могу, — продолжал Бумер. — Разве что попытаюсь перевести все в более камерное русло. Правда, это не от меня зависит.

— Когда он состоится?

— Завтра вечером. Нет, уже сегодня. Господи, время уже к утру!

— Есть еще какие-то обязательства? — спросил Аллен.

— Торжественную посадку деревьев я отменю и, разумеется, не пойду на скачки. После всего, что тут произошло, это неуместно, — серьезно добавил он.

— Верно.

— Потом еще визит в Министерство финансов. Не знаю, как быть, — он величественно развернулся к мистеру Уиплстоуну. — Нелегкая задача, верно? А как бы поступили вы?

Аллен чувствовал, что вопрос подвергает тяжкому испытанию дипломатические способности мистера Уиплстоуна. Но тот с честью вышел из положения.

— Я убежден, — ответил он, — что премьер-министр, как и все организации, которые рассчитывали иметь удовольствие принимать ваше превосходительство, поймут, что столь драматические события не допускают даже мысли о чем-то подобном.

— Ох! — вздохнул Бумер.

— Ваше превосходительство может в этом не сомневаться, — с достоинством закончил мистер Уиплстоун.

— Хорошо, — опять вздохнул Бумер.

Аллен подумал, что звучало это как-то невесело.

— Не смеем тебя более задерживать, — сказал он, — но прежде чем уйти, хочу задать последний, несколько необычный вопрос. Можно?

— Что за вопрос?

— Я знаю, ты убежден, что ни нгомбванский официант, ни твой охранник, — кажется, ты называл его млинзи, — невиновны.

— Я в этом уверен.

— И ты полагаешь, что миссис Кобурн-Монфор ошибается, считая напавшего на нее человека африканцем?

— Исключительно глупая и истеричная женщина. Я не обращаю внимания на ее слова.

— Была у Кобурн-Монфоров причина таить обиду на тебя или посла?

— Да, — без малейших колебаний сразу ответил президент. — Причины были, и не сомневаюсь, что они все еще злы на меня. Известно, что полковник, который помогал формировать наши вооруженные силы, ожидал, что мы будем и впредь пользоваться его услугами, и даже ждал повышения. Полагаю, он уже видел себя на весьма высокой должности. Но, как ты знаешь, моей политикой было размещение на всех ключевых постах собственных людей. Я убежден, что полковник ушел в вынужденную отставку, пыша огнем и пламенем. Но ничего другого не оставалось, — подытожил Бумер, словно подведя итог воспоминаниям, — он превратился в алкоголика и на него уже нельзя было положиться.

— И несмотря на это его пригласили на прием?

— Это был просто красивый жест. Не могли же мы его полностью игнорировать. А теперь давай свой необычный вопрос, дорогой Рори.

— Он очень прост. Ты кого-то подозреваешь в убийстве посла?

Опять все тот же знакомый взгляд прищуренных глаз. После долгой паузы Бумер сказал:

— Ничего я не знаю; но абсолютно убежден, что мой млинзи невиновен.

— Тогда кто-то из гостей в павильоне?

— Конечно, нет.

— Больше ничего не остается, — сухо поправил его Аллен.

— Дорогой мой! — Аллену на миг показалось, что его охватит приступ гомерического смеха, но вместо этого приятель ласково похлопал его по плечу и окинул взглядом, в котором было столько заботы и симпатии, что он почувствовал себя странно тронутым. — Разумеется, не гость. Больше мне сказать нечего, — завершил беседу Бумер.

— В таком случае… — Аллен покосился на Фокса и мистера Уиплстоуна; те уже собрались уходить.