Читаем Всевидящее око полностью

— Вы меня звали? — донесся от дверей голос старухи, подкрепленный громким шмыганием носом, и в кухню, шаркая ногами, вошла невысокая женщина в белом фартуке. У нее были румяные щеки, живые темно-синие глаза, правда, немного помутневшие, редкие волосы были повязаны розовой лентой. Задержавшись на пороге, она с интересом уставилась на Кэмпиона.

— Ваш племянник? — громко спросила старуха. — Но похож, просто две капли воды. Говорю вам, похож, как две капли воды.

— Я очень рада, — громко перебила ее мисс Рапер. — А теперь прошу приготовить ему постель.

— Приготовить постель? — В голосе миссис Лоу прозвучал такой восторг, словно эта удачная мысль пришла в голову ей самой. И вдруг она что-то вспомнила. — Я приготовила овсянку. Говорю вам, я приготовила вашу овсянку. Поставила в духовку и заперла на замок. Ключи на обычном месте. — Она ударила себя в худую грудь.

Кларри, вошедший следом, не смог удержаться от смеха, и она развернулась в его сторону; выглядела она — мысль эта вдруг пришла в голову Кэмпиону — как кот, наряженный куклой.

— Вам смешно! — Пронзительный голос с отчетливым лондонским акцентом разносился по всему дому. — Но осторожность никогда не мешает. Говорю вам, осторожность никогда не мешает.

Повернувшись к Кэмпиону, старуха взглянула на него с блеском в глазах.

— Он ничего не понимает, — заявила она, пожав плечами в адрес актера. — Некоторые мужчины ничего не способны понять. Но нужно иметь хоть что-то в голове, если хотите удержаться на поверхности. Я тут только потому, что мои думают, что я в пабе. Мой старик говорит, что не хочет, чтобы мне пришлось давать показания и вообще иметь дело с полицией и так далее. Но я не могу позволить, чтобы мою хозяюшку обижали, вот и прихожу поздно вечером, говорю вам, прихожу поздно вечером.

— Да, это правда, она любезно приходит сюда каждый вечер, — улыбнулась Рени, но в ее голосе звучало волнение.

— С моей хозяйкой я пришла из того дома, — трубным голосом продолжала миссис Лoy. — Иначе бы ноги моей здесь не было. Ни в коем случае! Слишком тут опасно. — Достигнув одного эффекта, она решила добиться и другого. — А дела мне хватает. — Она махнула тряпкой в сторону Кларри, который схватился за поля ветхозаветной шляпы, и рассмеялась как ребенок. — Мистер Кларри умеет меня рассмешить, говорю вам. Мне взять эти одеяла? А где наволочки на подушки? Полы я подмела. Говорю вам, полы я подмела.

Она закосолапила к выходу с одеялами. За ней Рени несла охапку белья.

Кларри Грейс снова сел и толкнул в сторону гостя стакан и бутылку.

— Не поверил бы комику, попытайся он спародировать ее в мюзик-холле, — заметил он. — Восьмой десяток на носу, а все еще полна энергии. Работает, как лошадь. И перестанет, только когда трупом ляжет. Вместе с Рени они ведут все хозяйство. Она просто обожает такую работу.

— Что одному услада — другому яд, — бросил довольно неосторожную реплику Кэмпион.

Рука Кларри со стаканом замерла в воздухе на полпути.

— Вы могли бы этим воспользоваться, — серьезно заметил он. — Ведь вы юрист, не так ли?

— Это еще больше затрудняет все дело, — буркнул Кэмпион.

Кларри Грейс рассмеялся. У него была милейшая улыбка, когда он был чем-то действительно обрадован, и неприятная — для любезностей и профессиональных целей.

— Знаете, — неохотно начал он, — Рени я знаю с моих щенячьих лет, и ни разу она не вспоминала, что у нее есть племянник. Я должен был бы раньше о вас слышать. Нет сомнений, Рени — незаурядная женщина. — Он на минуту задумался, потом продолжил: — Не нужно ничего мне говорить, если не хотите. Все мы живем и даем жить другим. Это всегда было моим главным девизом. Я хочу сказать, что меня никогда ничто не могло удивить.

В моей профессии нельзя себе этого позволить и, смею утверждать, в вашей тоже. Удивление слишком дорого обходится, вот что я имею в виду. Ведь ваш отец не был ее братом, верно?

— Только в известном смысле, — пояснил Кэмпион, имея в виду, без сомнения, всеобщее братство людей.

— Прекрасно, — голос Кларри звучал восторженно. — Замечательно. Я этим воспользуюсь. Такому нельзя дать пропасть втуне. «В известном смысле…» Ну вы и шутник! Всех развеселили!

Внезапно его нервное возбуждение словно испарилось.

— Подкрепите свои силы, — он жестом указал на бутылку. — До бутылок они добраться не могут.

— Кто они?

— Семейка, те самые Пали-пропали, что живут наверху. Господи Боже, вы же не думаете, что Рени или я… или даже капин «простите-что-я-не-снял-перчаток», так мы его называем, стали бы возиться с химикалиями. Дорогой мой, даже имей мы для этого достаточно ловкости, нам не хватило бы запала, как говорят короли. Мы все порядочные люди. Знакомы с давних пор. Нет, наверняка это семейка Пали-Пропали. Но до пива им добраться слабо, вот эту бутылку еще вообще не открывали.

Не желая терять лицо, Кэмпион выпил портера, который терпеть не мог.