Читаем Всевидящая полностью

Оказывается, человек теряет своего гения, если продает душу дьяволу. Заключает сделку с потусторонними силами за своего рода выкуп. К примеру, девочка говорит «Все бы отдала за эту шляпку! Душу бы продала!». И что в итоге? В итоге у девочки появляется та самая шляпка, по которой она так стонала, и которая не сильно ей нужна, так как шкаф шляпками переполнен, или по еще каким причинам…. Суть в том, что восхищения по поводу шляпки девочка больше не испытывает. И тут два пути. Путь первый — девочка говорит злу «да, я служу тебе», получает свою сущность и становится посланником зла на земле. Или есть второй путь — девочка раскаивается о своих словах, которые не воробей, вылетели, не поймаешь, девочка говорит «Нет, я служу Богу!», и терпит дикие муки, в аду…. В случае с номером два, девочка теряет ангела, так как продала душу, и Бог больше о ней не печется. Но и сущности у девочки нет. А ее страдания и пытки от этого еще невыносимей. Переводя теорию с девочкой на трех представителей, бывших днем в нашей школе, можно определить, что: блондин — сущность им овладела, и он окончательно и бесповоротно стал полноценным служителем зла, получив желаемое. Брюнет продал душу, но другому хозяину, потому его сущность так прекрасна и манит к себе, тянет за собой. Шатен же только намеревается заключить сделку. В связи с чем, и имеет обоих представителей потустороннего мира. А когда он сделает свой выбор — пойти на сделку, или нет — останется кто-то один. Или ангел, или сущность.

Скорее всего, представители вузов и людьми-то не было, за исключение того, что выступал в сером костюме. Он пока что человек. В общем, проснулась я с настроением «так себе». И это не удивительно. Попасть в один из этих вузов мечтает каждый школьник. Многие готовы душу продать, лишь бы…. Стоп! Неужели, мероприятие и в самом деле рассчитано на ловлю душ? Все выпускники этих вузов прекрасно устроены в жизни, все у них просто шикарно. Только все они одиночки — никто не встретил свою вторую половинку. И кажется, они без детей. Хотя я могу ошибаться. Так картина становится более понятной. Если я права — демоны собирают армию покорных служителей. Только с какой целью? Захват мира? Как знать…. Я вот тоже хотела учиться в одном из этих вузов. До того как сделала предположение о правде. Заправляя кровать, я думала. О том, что Тони все еще нет. И как я поняла от Аркеля, он не появится, пока Беда не уйдет. А я по своей глубокой душевной наивности своими же руками открыла ей двери. И Тоня пропал, он учуял эту незваную гостью. И сбежал. Спрятался где-то, чтобы переждать. Утренний душ привел меня в чувство. К счастью работы по замене труб благополучно закончились, и все стало как прежде. Интересно, прошла ли вчерашняя школьная апатия? Или нет? В любом случае — позже узнаю. И до этого «позже» осталось совсем чуть-чуть. Когда я вышла из ванной родители уже завтракали вчерашним тортом, а мне при мыслях о царившем вокруг зле есть перехотелось. Но кинув взгляд на торт — я передумала.

Сегодняшний день вернул школьную жизнь в привычное русло. Ребята носились, бегали смеялись, ругались… все как всегда. И только я вышла из раздевалки, как местная элита, по своему обыкновению, не упустила случая позлорадствовать надо мной. Подножка, на которую я попалась, обернулась для меня ссадиной на лбу. Следуя логике вещей, я должна возненавидеть Ильмиру и всю ее свору. Но нет, они вызывают во мне лишь чувство жалости. Гордо поднявшись с пола, под всеобщими взглядами и насмешками, я посмотрела в глаза темноволосой стерве:

— Мне жаль тебя. И всех твоих друзей тоже жаль. Кто-то шептался что я «ненормальная», кто-то ждал, что будет дальше, в числе последних была и Ильмира. Но дальше ничего не было. Переполненная чувством собственного достоинства я развернулась и пошла на урок.

— Лескова, что с лицом? — сидевшая в классе Галина Абрамовна подняла на меня глаза. Наша учительница биологии… довольно молода, ей нет и тридцати, красива, и при взгляде на нее слабо верится, что такая женщина может работать в школе, и тем более биологичкой.

— Поскользнулась. Все в порядке, у меня ничего не болит — заверила я, садясь за парту.

— Надя, у тебя кровь на лице. Бегом к медсестре! — сурово посмотрев на меня, Галина Абрамовна вновь погрузилась в свои бумажки, а я не стала спорить и молча отправилась в школьный медпункт.

Медсестры на месте не оказалось, медпункт без нее, само собой, закрыт. А ждать ее пришлось довольно долго. В класс, с пластырем на лбу, я вернулась только к концу урока.

— Все в порядке? — поинтересовалась Галина Абрамовна, как только я появилась.

— Да — ответив, я села на свое место. Моей сумки не оказалось за партой, как и под ней.