Читаем Все закручено полностью

Ритм его толчков замедляется. И я чувствую, как он проводит своей рукой по моей спине. Между нами.

К моей попке.

Его рука массирует мою кожу, потирает ее. Потом его пальцы скользят по моим ягодицам. Вверх и вниз по гиперчувствительной дырочке между ними.

Я напрягаюсь.

Для нас это новая территория. Ну, для меня. И я понятия не имею, что Дрю, в тот или иной момент, побывал во всех доступных отверстиях женского тела.

Но для меня это неизведанно. И немного заставляет нервничать.

Он пальцами делает несколько безобидных нажимов до тех пор, пока я не расслабляюсь. Пока напряжение не сходит с моих плеч, и я опять не отвлекаюсь на глубокое чувство удовольствия, доставляемое ритмом его движений.

И потом он проникает одним пальцем внутрь.

Никакой боли. Или дискомфорта. Двойное проникновение больше похоже на прыжок с парашютом. Чтобы по достоинству его оценить, вам нужно попробовать это сделать. Это не описать словами.

Но я попробую: восхитительно.

В запрещенной, извращенной манере.

Медленно, Дрю входит своим пальцем внутрь, а потом наружу, в одном ритме с его членом.

А я издаю стоны, тихие и глубокие и ничем не стесненные. Своими собственными пальцами я растираю у себя впереди быстрее, сильнее. И ловлю ртом воздух, когда он растягивает меня шире, чтобы проникнуть еще одним пальцем.

Его движения неторопливые. Томительные и дразнящие.

И мне хочется открыть свой рот, чтобы умолять его о большем.

Больше прикосновений, больше страсти.

Быстрее. Сильнее. Пожалуйста.

Дрю подталкивает меня чуть вперед. Наклоняет меня так, что мои волосы падают на дно раковины. И потом все исчезло… его нет внутри моего тела.

И мне больно от этой потери.

Пока я не начинаю чувствовать, как влажная от моих соков головка его члена, прикасается к тому месту, где только что были его пальцы.

— Дрю…

Это глубокий стон, на половину от удовольствия, на половину от боли.

И все с мольбой.

— Скажи да, Кейт. Черт… пожалуйста, скажи да.

У него хриплый голос. Жесткий.

Нуждающийся.

Во мне.

И вдруг я ощущаю могущество.

Странно, если рассматривать положение, в котором мы находимся, но, тем не менее — это я здесь все контролирую. Он может умолять меня у моих ног.

Надеяться и ждать моей команды.

Я не трачу время на раздумья. Не взвешиваю все «за» и «против» и не думаю о последствиях. Я просто чувствую, погружаюсь в восторженные ощущения.

Я расслабляюсь.

И я доверяю.

— Да…

Медленно, как никогда, Дрю проникает в меня. На мгновение чувствую боль, тянущее жжение, и резко втягиваю воздух. Он останавливается. Когда я выпускаю воздух, он нежно продвигается вперед до тех пор, пока самая интимная часть его тела полностью не скрывается во мне. Потом он стоит, абсолютно не двигаясь. Позволяя моему телу привыкнуть к вторжению.

Я чувствую, как его рука спускается вниз по моему бедру, продвигаясь к моей вагине. Потом она скользит под мою руку, и его пальцы водят по мне круговыми движениями. Так чувственно и волшебно, как раз перед тем, как проникнуть мне внутрь. Снова и снова.

Я всегда думала, что анальный секс — это предел доминирования, принудительный, может даже оскорбительный.

Но сейчас я так не чувствовала.

Это первобытно… неизведанно… но также прекрасно. Божественно.

Как будто я только что подарила ему свою девственность. В какой-то мере так оно и было.

Я начинаю двигаться первой, толкаясь немного назад.

Разрешая Дрю, я хочу тем самым познать, испытать эти новые ощущения. Мне нужно пересечь конечную черту. Вместе с ним.

Это не просто эротично. Это интимно, сокровенно.

Дрю прижимается губами к моей спине. Целуя, сквернословя и шепча мое имя. И потом он единственный, кто совершает движения. Возвращая себе контроль. Скользя внутрь и назад, нежно, но стойко.

Божественно.

Накрываю своей рукой его руку, которая на моем клиторе. Мои ноги дрожат, и я понимаю, что уже близко. Так близко. Будто поднимаюсь в гору и чувствую что вершина всего в нескольких шагах от меня.

Мы тяжело дышим, глотая ртом воздух с каждым движением бедер Дрю.

— Да… да… да…

Оргазм у мужчин в девяноста процентах на физическом уровне. Им легче кончить, независимо от того, где сейчас их мысли. С женщинами сложнее. Наш оргазм зачастую зависит от наших мыслей. Что означает, если вы, парни, хотите довести нас до оргазма? Нам нельзя думать о куче нестиранного белья в соседней комнате, или завалах бумаг, что ожидают нас на столе.

Что объясняет, что это не рука Дрю, или его член делают со мной такое.

Это его голос.

Прижимаясь лбом к моему плечу, он бормочет:

— О Боже, о Боже, о Боже…

Это так на него не похоже.

Его голос такой открытый. Незащищенный.

Уязвимый.

Этот гневный мужчина, который всегда хочет быть главным, все контролировать. Мужчина, который и шагу не ступит, чтобы все не обдумать, не прокрутит все в своем великолепном уме — все «за» и «против», возможные последствия.

Он рассыпается на части позади меня.

И когда он шепчет проклятья и молитвы, я проваливаюсь в пропасть.

В экстазе.

Я запрокидываю голову назад и закрываю глаза. За закрытыми веками у меня взрываются фейерверки, когда я напрягаюсь и кричу, и наслаждение волной за волной бьется о мое тело.