Читаем Все в мире поправимо… полностью

Все в мире поправимо…

Когда-то в детстве я нырять был мастер.О, как прекрасен этот миг,КогдаДо дна всю душу распахнувши настежь,Меня в объятья прятала вода.И надо мной смыкалась тишина.И плыли где-то очертанья дна.А как была волшебна глубина!Безмолвна, вожделенна, холодна…Мне все казалось необычным в ней —Внезапность рыб, молчание камней.И я любил врываться в этот мир,Неясный, удивительный, как миф.

«Ты прожил счастливую жизнь…»

Ты прожил счастливую жизнь,Потому что умел дружитьИ не умел завидовать.От выпадов лжи и злаОдна защита была —Поднять себя над обидами.

«Грядущее не помирить с минувшим…»

Грядущее не помирить с минувшим.Не подружить «сегодня» и «вчера»…Я кораблем остался затонувшимВ той жизни, что, как шторм, уже прошла.

«Манерность мне всегда…»

Манерность мне всегдаБыла чужда.Душа к высокой простоте стремится.Где Слово, как открытая звезда,Вдруг осветит нежданную страницу.Манерность мне всегдаБыла чужда.Хочу остаться близким в мире БожьемТем, для кого горит моя звезда,Кто свет ее своей душой продолжил.

«Однажды заплутал я в городе Давида…»

Однажды заплутал я в городе Давида.Войдя в него, как в незнакомый лес.По моему растерянному видуПонятно было – я впервые здесь.И кто-то подошел, спросил по-русски,Чем мне помочь… И проводил меняДо улочки – заброшенной и узкой, —Где ты меня ждала уже полдня.И я подумал – мог ведь не заметитьРастерянность мою в толпе густой…Казалось бы пустяк… Но как был светелНаш день от мимолетной встречи той.

Иерусалим

Встреча с бобром

Мне жена купила бобраНе живого, а для наряда.Просто снова пришла пораИ теплей одеваться надо.И хожу я в своем меху —И галантен, и самоуверен.Словно я теперь наверху —С депутатами и премьером.Я вальяжно сажусь в авто.Не какой-нибудь пассажирик.Мне теперь в дорогом пальтоПозавидует даже Жирик.А жена говорит: «Бобер, —Это вам не шкура овечья.Ты вон шубу свою протер.А бобер, он теперь навечно…»И сказал я бобру тогда:«На хрена тебе долголетье?Ты отдай мне свои года,Чтоб приблизить меня к бессмертью…»Но бобер промолчал в ответ.И я понял, что нам отнынеНа двоих хватит этих лет…Остальные добудет имя.

Стена плача

Почетный гость из Северной столицыЧитал псалмы у горестной Стены.Он на иврите рад был помолиться,Да не были слова припасены.Записку меж камней вложил он робко.А что за просьба в ней была – секрет…И вдруг Стена ответила негромко:«Но у меня, простите, столько нет…»