Читаем Все романы полностью

— Эта нераскрытая история чем-то напоминает мне логические загадки, которыми мы баловались в школе… — проговорил он. — Например, человек заходит в кафе и просит у буфетчицы стакан воды. Та вдруг хватает поднос и бьет по стойке. Человек говорит: «Спасибо», поворачивается и уходит. В чем тут дело? Наводящие вопросы следует задавать так, чтобы предполагался однозначный ответ «да» или «нет». Отгадаешь?

— Он обиделся? — спросил Юра.

— Нет.

— Это был пароль и отзыв?

— Нет.

— Они были раньше знакомы?

— Нет. Ну, товарищ стажер, какой же из вас следователь, если не можете решить детскую задачку?

Юра перекинул сумку в другую руку, посопел:

— Он хотел пить?

— Нет.

— Но ему что-то надо было?

— Да.

Проходя мимо пиццерии, Юра невольно покосился на вход, словно там могла открыться отгадка.

Расстояние до дому сокращалось, и петли вопросов сужались.

— А с ним вообще было все в порядке?

— Нет.

Уже в лифте Юра подпрыгнул и закричал:

— Значит, ему что стакан воды, что испуг — одинаково?! И получил одно вместо другого! Он икал и хотел избавиться от икоты — так?

— Наконец-то. — Открыв дверь, Звягин потянул носом и объявил: — Пирожки с капустой и салат из кальмаров. Рота, в столовую!

Ставя цветы в синюю вазу, жена поинтересовалась:

— А с чего ты решил про салат? Он ведь не пахнет.

— Если в воскресное утро наша несовершеннолетняя дочь трудолюбиво варит рис, ты вчера купила майонез, в холодильнике пропадают кальмары, а я люблю все это вместе, то иной вывод невозможен.

После обстоятельного завтрака интересы семьи разделились: дочка отправилась к подруге, сын плюхнулся в кресло перед телевизором, жена взялась за пылесос, а Звягин встал перед окном, сунул руки в карманы и заскучал.

— Юра, — рассеянно сказал он, не оборачиваясь, — а по твоему виду перенапряжения незаметно… И как ты рассчитываешь за неделю, оставшуюся до конца практики, распутать свое дело?

— Дело веду не я, — буркнул Юра. — Есть следователь, работает группа.

— А ты получаешь зачет, и ладно? Если у нас врач-интерн не несет ответственности за результат — так что же, и лечить не надо? Некоторых это очень бы устроило.

— Дело вообще тухлое, — вздохнул Юра. — Типичный глухарь.

— Стоит учиться в МГУ и практиковаться в Ленинграде, чтобы ловить ваших глухарей. Ты через неделю отбудешь продолжать веселую жизнь столичного студента, а тот, кого вы не можете…

— Послушай, — обиделся сын, — мне ведь не приходит в голову учить, скажем, тебя медицине…

— Еще не хватало, — весело изумился Звягин.

— …Почему же ты хочешь учить меня криминалистике, которую ты не знаешь? Я взрослый, ты не заметил? Ты уже научил меня, чему мог.

— Значит, не научил, — посетовал Звягин. — Криминалистики я не знаю, верно. Зато знаю простую вещь: работа должна быть сделана. Ваша работа — найти его. Вот и все.

— Ага, — сказал Юра. — Вот и все. Читайте детективы и смотрите по телику «Следствие ведут знатоки» — и успех вам обеспечен. Только не забудь попросить преступника оставить следы. Потому что иногда, к сожалению, ухватиться абсолютно не за что. Бывают же у вас больные, которым не могут поставить диагноз?

— На это есть хорошие диагносты.

— Да? Тогда, может быть, ты решишь мою логическую задачку?

— А что? — задето спросил Звягин. — Уверен, что не решу? Пошли погуляем, солнце выглянуло.

Солнце положило бутылочные блики на Фонтанку, нагрело чугун решеток, высветило вдали голубой колпак Троицкого собора: бабье лето…

Отчетливо стуча подкованными каблуками по граниту набережной, Звягин велел излагать подробно и по порядку. Он, видимо, наслаждался предстоящей игрой. (Наверное, герой-сыщик живет в каждом мужчине до седых волос.) Сын тоном вещего кота, рассказывающего надоевшую сказку, начал:

— Итак, в некотором царстве, в тридевятом государстве жили-были курсант мореходного училища и ученица ПТУ. Они познакомились на танцах и полюбили друг друга. Курсант стал моряком дальнего плавания, а девушка — парикмахером. И сыграли они свадьбу. И родилась у них дочь.

Скоро сказка сказывается, да нескоро дело делается. Моряк вырос до старшего механика сухогруза, а жена работала мастером в дамском салоне с обширной клиентурой. И купили они трехкомнатный кооператив. А дочке исполнилось десять лет. И жили они в мире и достатке, и все было хорошо.

И вот тут, — Юра пнул валявшийся спичечный коробок, — сказка кончается, и начинается история странная и скверная.

Его мать с серьезным диагнозом попала в клинику. Требовалась срочная операция, причем риск был большой. Жена вызвала его из рейса радиограммой. Он прилетел, в тот же день дал хирургу согласие на операцию, и назавтра же ее оперировали, очень удачно. Он рассчитывал пробыть еще три-четыре дня и вернуться на судно в следующем порту.

Следующим утром жена встала в шесть часов — как обычно, когда работала в первую смену, с половины восьмого. Приготовила завтрак, разбудила дочку, поцеловала мужа и ушла в пять минут восьмого. Муж посидел с дочкой, пока она завтракала и собиралась, в двадцать минут девятого помахал ей из окна: занятия начинаются в девять, но школа сравнительно далеко.