Мы с тобой люди военные. И мы понимаем, что вечного мира не бывает. И что с Европой мы как-нибудь договоримся, а вот Азия-с — это Азия-с. Исламский фактор — это тебе не индекс Доу-Джонса. Его на бирже не уговоришь. Белый мир из периода экспансии вступил в период обороны. И демография, и психология — все не на нашей стороне.

За оккупацию Чечни мы платим влиянием чеченской мафии. Дети, кому это выгодно? Только тем, кто сотрудничает с чеченской мафией.

Границу по Тереку. Стрельба без предупреждения. Пусть живут.

Карабах признать за Арменией. Абхазию включить в федерацию. Азербайджан нас все равно не будет любить, а Грузии в исламском окружении все равно некуда деваться. Некоторые быстро забыли, как их ятаганами резали, но так же быстро и вспомнят.

С национальным делением страны необходимо покончить. Это не семена будущего неизбежного развала, а целые парники. Дело не в том, чтобы уговорить быть вместе и прельстить своим бла-арод-ством и справедливостью. Дело в том, чтобы переломить тенденцию к развалу. А при национальном делении эта тенденция однозначна. С этим религиозным ренессансом мы еще нахлебаемся. Только территориальное деление, только наместники из центра и губернаторы!

Сепаратизм надо давить не тогда, когда он поднимает восстание, а тогда, когда он поднимает голову.

Лечить надо не тот орган, который пора ампутировать, а тот, где есть симптомы болезни.

И не надо бояться, что отделение Чечни обозначит тенденцию к развалу государства. Паршивая овца все стадо портит. Если у тебя в экипаже неисправимый хулиган, который мешает выполнению общей задачи — или расстреляй, или вышвырни.

Нет, это надо додуматься: Крым, Донбасс, Одессу, Прибалтику отделили без звука — а в Чечню и Курилы вцепились зубами! Поистине боги лишают разума тех, кого хотят покарать.

И не надо каждый шаг согласовывать с Европой. Европа в этом веке обречена. Когда через несколько десятилетий европейцы окажутся в Европе меньшинством, они запоют совсем другие песни. Или последует взрыв национализма и крайних правых акций, или европейцы будут заменены азиатами и африканцами. А политические последствия этого труднопредсказуемы. И будет ребятам не до чужих бед — своих хватит.

Что же касается Крыма и Донбасса — Украине следует помнить, что естественных союзников у нее нет. В случае чего она будет расчленена Польшей, Румынией и Россией. И вот тогда Россия будет единственным гарантом ее целостности. Украину надо посадить в долги, подогревать сепаратизм львовских католиков, но пока Крым и Донбасс остаются украинскими — мы должны иметь в виду вернуть их при первой возможности.

Резюмирую. Курилы отдать. Японцев в Сибирь пустить. Китайцам противостоять. С Казахстаном объединиться. Со Средней Азией — прочную границу. Чечню отделить по Тереку. Абхазию включить в себя. По Кавказу — прочную границу. Армению и Грузию иметь за союзников. Политику с Украиной вести к возврату Крыма и Донбасса. С Белоруссией объединиться. Национальное деление федерации мягко, аккуратно, неотклонимо заменить на территориальное.

Возражения? Вопросы? Дополнения?

— Нет у меня возражений, — сказал Ольховский, — и нет у меня вопросов. Но есть у меня, Николай Павлович, мысли по поводу.

— Мысли — это хорошо. Если только они направлены на выполнение задачи, а не на сомнения в ней.

— Диктатор, конечно, найдется.

— На бесптичье и коза шансонетка.

— Но там, где во Франции Наполеон или в Англии Кромвелъ, в России оказывается Керенский или в лучшем и одновременно худшем случае Сталин. Не попробовать ли самим? Не боги горшки обжигают. Или лучше иметь несколько кандидатур на замену? Кого ты будешь ставить в диктаторы? Князя Трубецкого, который вообще струсил прийти на Сенатскую площадь? Или к скандинавам обратимся за приличным варягом?

— Было бы место — а люди всегда есть, — сказал Колчак. — Завтра покажет.

— Черт, — сказал Ольховский. — Завтра — другое название для сегодня… а в этой стране за что ни схватишься — всегда все нужно было вчера.

— А вот и утро, — зло улыбнулся Колчак. — Которое вечера мудреней.

Часть пятая. Выстрел

1