Читаем Все пули мимо полностью

К счастью, я все эти дни в Думе проводил, на усадьбу лишь на ночь нос показывал, потому Алиска на себя бремя забот хозяйских взвалила. У баб это в крови - гнёздышко своё вить и в порядке его содержать. Независимо от того, комнатушка ли это в коммуналке либо десяток гектаров усадьбы с подсобными постройками, прудом, полем для гольфа и прочей атрибутикой для мелких житейских радостей. Ну, в общем, всем тем, что каждый человек в личном владении иметь должен. Иначе - за что боролись, зачем августовскую контрреволюцию делали? Не простит нам народ, если у всех поголовно личного поля для гольфа не будет.

Ко всему этому ещё одна напасть на меня свалилась. Вздумали местные "авторитеты" на меня "наезжать", чтоб, значит, мзду за прописку столичную платил. Естественно, Сашок тут же своих боевиков к делу такому подключил, Валентина с Женечкой задействовал: где угрозами, где компроматом, где взяткой всё уладить попытался - но ни фига у него не получилось. Ни в грош столичные "крутяки" выходцев с периферии не ценят. Две недели Сашок так валандался, гляжу, а дело уж к разборке нешуточной подошло. Пришлось к Пупсику за помощью обратиться - враз всё путём стало. Правда, я здесь хитро поступил - победу эту Сашку "приписал". Пусть мужик себя в столице на твёрдых ногах почувствует.

Тут и каникулы депутатские подоспели. Казалось бы, отдохнуть от забот государственных можно, в Монте-Карло там рвануть или на Бермуды куда завеяться, силы, на законотворчестве подорванные, восстанавливать, ан нет. Статус депутатский обязывает не только о своём народе радеть, но и на арене международной престиж отечества на должном уровне блюсти.

Больно мне, конечно, всё это надо, но как раз за день до каникул получаю письмо из Конгресса США, в котором мне их комиссия по связям с зарубежными странами предлагает Вашингтон посетить и с лекцией перед конгрессменами на тему моего личного видения дальнейшего экономического развития России выступить.

Зачитал Сашок письмо, прямо с листа переводя, и с прищуром ленинским, архиехидным, в меня вперился. Мол, как-то среагирую?

Греет мне душу письмо такое - ишь, в самих Штатах заметили, да не просто так, что букашку какую, инородную, а особое внимание обратили, в гости приглашают да мнением моим интересуются! Однако виду не подаю - хоть и две недели всего в Думе ошивался, но кое-чему научился.

- Поехать, что ли... - тяну неопределённо и как бы нехотя встречный вопрос задаю: - А ты как думаешь?

Крутит головой Сашок, хмыкает одобрительно.

- Вижу, не прошли для тебя даром мои уроки, - говорит. - Поэтому мой тебе совет: повремени немного. Там - не здесь, где любую лапшу под любым соусом на уши вешать можно. Там такое не пройдёт - на весь мир ославишься. Пооботрись в депутатской среде, на других погляди, как они мысли свои излагают и дела вершат, а когда чему-нибудь научишься, тогда и решай.

- Ладно, - говорю, - принимаю совет к сведению. Подумаю. А ты, пока суть да дело, докладик мне для Конгресса штатовского на всякий случай всё равно сваргань.

Озадачиваю я его таким образом в обоих смыслах, а сам к Пупсику топаю. Как понимаю, не простая штука - деловые поездки за рубеж, где на равных говорить придётся. Это не в Париж в своё удовольствие махнуть и там подчинённым мозги вправлять.

Пупсику я три угловые комнаты на первом этаже особняка выделил. Одна - кухня-гостиная огроменная, по последнему слову техники оборудованная, где он своим кулинарным "способностям" полную волю дать может. Вторая - детская, где лишь диван да видеодвойка стоят. А третья спальня специфическая. Во, строители затылки чесали, когда я задачу по её оборудованию поставил! Стены, пол, потолок плитами шамотными облицевали, что температуру под две тысячи градусов выдерживают, датчики противопожарные везде понатыкали, а над кроватью брандспойт мощный под лепнину задекорировали. Как, значит, простыни да одеяло задымятся, так он автоматически включается и в момент пожар гасит. Ну, в полу, естественно, сток для воды соорудили, а то при таком напоре спальня доверху минут за пять заполнится и аквариум напоминать будет. Уж и не знаю, что там строители обо мне судачили, что за сумасбродства приписывали, но справились с задачей в срок. Аккурат к приезду Пупсика.

К моему удивлению, в этот раз Пупсик не смотрел так полюбившийся ему телевизор - на кухне возился. Хотя чего ему там делать, если всего час назад обедом нас с Алиской кормил? Впрочем, как я дверь на кухню открыл, сразу понял - такой дух кофе ароматного в ноздри ударил, что непременно чашечку-другую выпить захотелось. Явно пацан мой приход предвидел.

- Садитесь, Борис Макарович, - говорит Пупсик, от плиты не оборачиваясь, - я вас сейчас кофе необыкновенным угощу.

Сажусь я, и он тут же чашечку передо мной водружает. Отхлёбываю привычно, и у меня глаза на лоб от удивления лезут. Вроде и обычный кофе, натуральный, но густой какой-то, с привкусом оригинальным, весьма приятственным.

- Ну и как вам кофе? - интересуется пацан.

- Обалденный... Новый рецепт?

- Ага, - смущается он. - Щепотка корицы, кардамона...

Перейти на страницу:

Похожие книги

Битва при Коррине
Битва при Коррине

С момента событий, описанных в «Крестовом походе машин», прошло пятьдесят шесть тяжелых лет. После смерти Серены Батлер наступают самые кровавые десятилетия джихада. Планеты Синхронизированных Миров освобождаются одна за другой, и у людей появляется надежда, что конец чудовищного гнета жестоких машин уже близок.Тем временем всемирный компьютерный разум Омниус готовит новую ловушку для человечества. По Вселенной стремительно распространяется смертоносная эпидемия, способная убить все живое. Грядет ужасная Битва при Коррине, в которой у Армии джихада больше не будет права на ошибку. В этой решающей битве человек и машина схлестнутся в последний раз… А на пустынной планете Арракис собираются с силами легендарные фримены, которым через много лет суждено обрести своего Мессию.

Кевин Джеймс Андерсон , Брайан Херберт , Брайан Герберт , Кевин Дж. Андерсон

Детективы / Научная Фантастика / Боевики
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези