Читаем Время вышло полностью

— Всё тот же парадокс. — Пожав плечами, он проглотил добрый кус тушёного говяжьего языка. — Прыгнешь ты в будущее или наладишь с ним связь, через тебя оно повлияет на настоящее. И повлияет обязательно. Пусть самую малость, — но со временем изменения умножатся. «И не сорвать тебе цветок, не тронув звёзд». Фрэнсис Томпсон. Ступил сегодня на паука — и повлиял на эволюцию пауков, на целую экосистему в отдалённом будущем. Довольно одного-единственного шага, чтобы создать или уничтожить целый будущий вид.

— Голова кругом, — сказал я. — Я вот что хотел узнать…

Но его уже несло.

— Конечно, теоретически можно увидеть эпизоды прошлого, в которых не участвовал. Предположим, улетаешь ты от Земли быстрее света, обгоняешь световые волны от какого-нибудь события — возьмём сражение «Монитора» и «Мерримака»…

— Или битву при Геттисберге, — предложил я, патриот до мозга костей.

— …затем оглядываешься и любуешься. Но будущее? Вряд ли. Если только пространство и время не замкнуты сами на себя, как думают иные.

Я неопределённо буркнул, допил кофе и ушёл.

* * *

После этого о Зоне Двадцать мне удалось временно забыть. Неделя выдалась та ещё. Призывные квоты выросли, отдел планирования персонала ввёл новый критерий классификации, и мне пришлось всё это изучать в разрезе анализа. Вы не поймёте, разве что сами работали в воинском штабе, как я. А я лелеял смутную надежду, что если трудиться усердно, кто-нибудь удовлетворит очередной мой рапорт и переведёт за океан.

Хочу объясниться. Не подумайте, что я герой какой-нибудь или профессиональный доброволец. Но я взбирался по карьерной лестнице, а служба за рубежом позволяет быстрее всего получить под начало боевое соединение — и тем самым галочку в послужной список. Без неё многие замечательные со всех сторон полковники так и не дождались своей генеральской звезды, не сделали последнего большого шага.

Вот почему я пахал как вол и, разумеется, подал очередной рапорт о переводе, на этот раз под другим соусом и на других основаниях. И не думал о Зоне Двадцать, пока неделю спустя телефон не зазвонил.

— Анализ персонала. Полковник Бо…

Он не дал мне договорить.

— Во-о-от! Я вас отыскал! Вы тот человек из прошлого!

— О нет, — скривился я. — Дайте угадаю. Снова Зон Двадцать?

— Он самый! Ещё один счастливый случай. Я совсем было отчаялся. Ради кибернетики, не пропадайте в этот раз! Мы должны, должны побеседовать!

— За ваш счёт — почему бы и нет?

— «Счёт»! — ухватился он. — В то время у вас были в ходу деньги и вы платили за телефонные разговоры, так?

— Послушайте, мистер…

— Вы так и не поняли, что случилось? Мы-то тут разобрали инцидент по косточкам. Но в ваше время технологии вряд ли позволяли.

— Послушайте, кто вы и откуда звоните? — настаивал я.

— Зовут меня Зон Двадцать, я уже говорил. Я техник-историк в Управлении исторических исследований в Вашингтоне, столице планеты Земля. Я и сам землянин. По работе изучаю древние цивилизации вроде вашей.

— Да что это за хохма такая?

— Хохма? А, это старое слово, означающее шутку. Отлично! Надо записать!

— Бросьте. Кто вы? Вас Московиц подговорил?

— Ох ты ж… — Зон Двадцать тяжело вздохнул. — Я так и побаивался, что вы не поверите. Вижу, надо предъявить доказательства. Какой у вас там год, месяц и число?

— Двадцать третье августа 1955 — и вы знаете это не хуже меня.

— Двадцать третье августа… секундочку. Тапнем по-быстрому киб. Ага, вот. Двадцать третье. Ближняя историческая дата — первое сентября. В этот день двадцать ваших так называемых государств, членов ООН, заключат новое торговое соглашение, которое в итоге выльется в создание Федерации Свободных Наций в…

— Простите! Время вышло!

Опять этот проклятый механический голос.

— Эй, дайте договорить! — вскричал я.

— Алло? Вы слышите? Я попытаюсь перезвонить. Это нелегко, но должно получиться, — произнёс Зон Двадцать.

— Простите! Время вышло!

Знакомый щелчок — и тишина.

На этот раз забыть Зона Двадцать оказалось нелегко. Если это розыгрыш, то выше всяких похвал: безумный, изощрённый… и актёрская игра — комар не подточит. Если не розыгрыш… в этот вариант так до конца и не верилось. Недельный заплыв в море документов кончился тем, что мой рапорт о переводе отклонили. А утром второго сентября я развернул газету, и в глаза бросился заголовок:

Двадцать государств-членов ООН заключили торговое соглашение

Я прочёл полосу. В общем и целом, именно это Зон и предсказывал… или вспомнил… да как ни назови. Теперь я совсем растерялся.

Дело в тот день не клеилось. Я не мог собраться. Мыслитель из меня так себе, да я и не претендую. Но одна мысль всё-таки забрезжила гипнотическим отсветом на дне сознания, и вскоре ни о чём другом думать стало невозможно.