Читаем Время прощать полностью

— У вас есть вопросы, мистер Ланье?

— Нет.

— Вы свободны, шериф Уоллс. Благодарю вас. Мистер Брайгенс?

— Да, ваша честь. Я хотел бы, чтобы до сведения жюри было доведено: все стороны пришли к общему согласию считать только что предъявленные документы действительно написанными собственной рукой мистера Хаббарда.

— Мистер Ланье?

— Согласен, ваша честь.

— Отлично. Авторство этих документов сомнениям не подвергается. Продолжайте, мистер Брайгенс.

— Защита вызывает мистера Кэлвина Боггза, — сказал Джейк.

Наступила небольшая пауза, пока Кэлвина вели из комнаты ожидания для свидетелей. У этого дородного деревенского парня шея никогда в жизни не знала галстука, и ему даже в голову не пришло купить его по такому случаю. На нем были застиранная клетчатая рубашка с заплатками на локтях, грязные брюки защитного цвета, грязные ботинки. И вообще выглядел он так, словно явился в зал прямо с лесоповала. Он робел, ошеломленный незнакомой обстановкой, и, рассказывая об ужасе, который испытал, найдя хозяина висящим на сикаморе, постоянно запинался.

— В котором часу он позвонил вам в воскресенье утром? — спросил Джейк.

— Около девяти. Велел приехать в два к мосту.

— И вы приехали точно к двум, так?

— Да, сэр, так.

Джейк намеревался использовать Боггза для иллюстрации того, насколько тщательно Сет продумал детали. Позднее он представит присяжным картину в подробностях: Сет оставляет записку на столе, укладывает в машину веревку и лестницу и рассчитывает время так, чтобы к моменту приезда Кэлвина в два часа наверняка быть мертвым. Он хотел, чтобы его нашли сразу после того, как он умрет, иначе могло пройти несколько дней.

У Ланье вопросов не было. Свидетеля отпустили.

— Приглашайте своего следующего свидетеля, мистер Брайгенс, — распорядился судья Этли.

— Защита вызывает окружного коронера Финна Паундерса.

Финн Паундерс, до того как его впервые выбрали окружным коронером тринадцать лет назад, служил почтальоном. В те времена у него не было ни малейшего медицинского опыта — в Миссисипи этого не требовалось. Он никогда не бывал на месте преступления. Тот факт, что должность окружного коронера в штате все еще оставалась выборной, представлялся странным; Миссисипи — один из последних штатов, где по-прежнему действовало такое положение. За последние тринадцать лет Финна в любой час дня и ночи куда только не вызывали: в дома престарелых, больницы, на места аварий, в притоны, на берега рек и озер, а также в дома, подвергшиеся разрушению. Он всегда делал одно и то же — склонившись над трупом, мрачно произносил: «Угу, мертв». Потом выдвигал предположение относительно причины смерти и подписывал свидетельство.

Финн присутствовал, когда тело Сета опускали на землю, и произнес традиционное: «Угу, мертв. Смерть в результате повешения. Самоубийство. Асфиксия и перелом шейных позвонков».

Ведомый вопросами Джейка, он быстро объяснил присяжным то, что было уже и так прискорбно очевидно. Уэйд Ланье вопросов не задал.

Джейк вызвал на свидетельское место бывшую секретаршу Рокси Бриско, которая, поскольку покинула контору враждебно настроенной, поначалу отказалась давать показания. Пришлось Джейку выписать ей повестку и объяснить, что она может угодить в тюрьму, если не явится в суд. Рокси, модно одетая по такому поводу, стремительно проследовала на свидетельское место. Сообща они прошлись по событиям утра 3 октября, когда она пришла в контору с утренней почтой. Рокси опознала конверт, письмо и двухстраничное завещание Сета Хаббарда, после чего судья Этли разрешил приобщить их к вещественным доказательствам, представленным защитой. Противная сторона не возражала.

Следуя сценарию, разработанному его честью, Джейк спроецировал на экран увеличенное письмо Сета к нему, а также раздал копии присяжным.

— А теперь, дамы и господа, — произнес судья, — мы дадим вам время внимательно прочесть это письмо.

В зале мгновенно наступила тишина: присяжные читали врученные им копии письма, а зрители знакомились с ним на экране.