Читаем Время меча полностью

Элина молча ждала, сжимая флягу в руке и борясь с искушением облизать губы, на которые попало несколько капель. Всего одно мгновенное движение языком… но маг внимательно наблюдал за ней и, конечно, заметил бы.

Наконец двое зомби (одним из них оказался негр-ферлукер) привели и развязали Артена.

— Пейте, принц, — она протянула ему флягу.

— Благодарю, кузина, — Артен не заставил себя уговаривать и присосался к стальному горлышку. Элина жадно следила за ним, надеясь, что он оставит половину воды ей. Но принцу даже не пришло в голову, что Элина дала ему флягу, не напившись сама. Он выбулькал всю воду на одном дыхании, с удовольствием выдохнул и вернул графине пустую емкость. В глазах мага сверкнули насмешливые искорки.

Артен, до сего момента, по причине недостатка физической подготовки, выглядевший не менее измученным, чем участвовавшие в бою товарищи, теперь несколько воспрял духом.

— Ну что, — язвительным тоном обратился он к Ральтивану, — славное начало благому правлению положено, не так ли? Уничтожено две тысячи человек, цифра, что ни говори, круглая. Правда, все-таки недостаточно солидная. Мой вам совет — запишите сразу в своих летописях, что их было десять тысяч. А лучше — сто…

— Это были солдаты, вторгшиеся на нашу территорию с оружием и враждебными намерениями, — жестко возразил Зендергаст.

— На вашу? — усмехнулся принц. — В соответствии с тургунайскотирлондским договором, вся территория Зурбестана ныне принадлежит Тургунайскому Ханству. Так что эти солдаты были на своей территории. И были полностью в своем праве, пытаясь очистить ее от банды изменников и узурпаторов.

Элина вспомнила, как мастерски дурачил их Рандавани, притворяясь, что для него действительно важно решить возможные территориальные споры в пользу Тургуная. Впрочем, может, это и не было притворством? Ведь маги до последнего момента не знали, сработает ли их план. И если бы оказалось, что магии в Зурбестане не больше, чем в остальном мире — или, по крайней мере, меньше, чем нужно для их замыслов — Рандавани, как ни в чем не бывало, продолжил бы исполнять свои обязанности ханского советника, и мир так и не узнал бы, какой участи избежал…

— Не слишком-то хорохорьтесь, молодой человек, — холодно изрек Зендергаст. — Эти солдаты вместе с вашими друзьями убили сегодня двух наших братьев. Мне и Рандавани пришлось приложить усилия, чтобы вас четверых согласились оставить в живых — и то лишь в том случае, если удастся взять вас в плен; от гибели в бою страховки не было. Вы знали, на что шли.

Артен хотел в очередной раз напомнить, что он не солдат, но кинул косой взгляд на Элину и вместо этого вновь скривил губы в усмешке:

— Так что же, я должен еще и благодарить вас за то, что меня не зарезали?

— Не меня, — проинформировал его Зендергаст. — Благодарите Рандавани. Моей задачей было отстоять Элину.

— А кто заступился за остальных? — спросила Элина.

— Ты знаешь, что у меня не было никаких оснований симпатизировать графу Айзендоргу, — обернулся к ней маг. — Тем не менее, я спас его. Только потому что он — твой отец.

— А Редрих? — даже в самом скверном состоянии графиня сохраняла способность задавать опасные вопросы.

— Редрих? Редрих твой друг… — Артен немедленно уловил фальшь в этом заявлении, и Элина тоже почувствовала, что истинная причина в другом. В конце концов, Артен был ей куда более давним и близким другом, чем Редрих.

— Эйрих тоже был моим другом, — сказала она вслух.

— Наша снисходительность тоже имеет пределы, — в тоне Зендергаста все явственней звучало раздражение. — Особенно снисходительность к сильным и опасным врагам.

— Вы могли хотя бы просто убить его! — настаивала графиня. — Но то, что вы с ним сделали… это ужасно.

— Зачем уничтожать то, что может принести пользу? — пожал плечами маг. — Он даже мертвый стоит десятерых. Впрочем, не жалей его. Он не страдает. Собственно, его уже просто нет, это, — он кивнул на стоявшего рядом зомби, — всего лишь оболочка.

— Я знаю, — угрюмо подтвердила Элина.

— Тем не менее, ты ведь не хочешь, чтобы с твоим отцом случилось то же самое?

Элина вздрогнула, как от удара. Она знала, что показывает свою слабость, но не могла скрыть своего ужаса перед такой перспективой.

— Значит, ты будешь вести себя хорошо и не станешь делать глупостей,

— заключил маг. — Это ведь благодаря тебе вы сбежали вчера?

— Да, — ответила Элина, а на заднем плане уже плясала и корчила магу рожи радостная мысль: «Не знают! Они не знают про Йолленгела! «

— Я знал, я всегда знал, что у тебя способности к магии, — удовлетворенно провозгласил Зендергаст. — Может быть, тебе еще не поздно учиться по-настоящему… — он вдруг почувствовал, что необходимо сгладить впечатление от его предыдущих слов: — Ты пойми, Элина, я тебя не шантажирую. Какими бы ни были мои отношения с графом, пока это зависит от меня, ему не будет причинен вред. Но решения принимают, помимо меня, еще одиннадцать братьев, и они не позволят мне ставить личные симпатии выше долга. Я и сам не могу себе это позволить.