Читаем Враждебные воды полностью

По другую руку от Натальи, должно быть, стоит Ольга Азнабаева, жена штурмана, более встревоженная, чем обычно, потому что знала о решении мужа уйти с флота и ее страшил этот его последний, как назло, тринадцатый, поход. И уже чисто по-женски, она просто боялась за судьбу своей семьи, когда после обеспеченной и привычной офицерской жизни придется начинать все сначала. Но одно она знала точно: ее муж — настоящий мужчина и всегда знает, что делает.

Тридцатичетырехлетний штурман Евгений Азнабаев два дня назад говорил Британову о состоянии, в котором находится навигационный комплекс. На его круглом, всегда веселом лице застыло непривычное выражение озабоченности.

Последнее время экипаж работал круглые сутки, чтобы в срок подготовить лодку к выходу в море. Или, по крайней мере, привести ее в такое состояние, чтобы на ней можно было плыть. Каждый знал, что будут проблемы, но это ничего не меняло. Начни доводить ее до совершенства — и никогда не покинешь причала. С ней всегда будут проблемы. У них впереди трехмесячное плавание, и командир планировал использовать это время с пользой, чтобы скорректировать многие огрехи, которые специалисты базы не смогли или не захотели исправить. Если им повезет, они приведут лодку назад в лучшем состоянии, к тому же команда детально освоится с лодкой.

И когда старший механик — “дед” Красильников — сегодня говорит, что его реакторы и турбины готовы, этого достаточно. Тем более лозунг “Проблемы есть, но идти можно” единогласно поддержали и все остальные командиры подразделений лодки. Но если своим старым офицерам — механику, штурману, связисту Владимиру Маркову и начхиму Сергею Воробьеву — командир может поверить на слово, то насколько можно положиться на слова новичков — ракетчика Петрачкова, минера Гордеева и начальника радиотехнической службы Киселева?

И все-таки уверенность офицеров, а особенно старшего механика, передалась и командиру. Уж кто-кто, а капитан второго ранга Игорь Петрович Красильников был настоящим подводным дедом. Последние недели он не вылезал из лодки, тем более что на берегу его давно никто не ждал — несколько лет назад жена уехала в отпуск на Большую землю и не вернулась. Такое иногда случалось в семьях подводников — не многим нужны мужья, которых практически нет дома, но, слава Богу, были и есть настоящие жены.

Дождь внезапно прекратился, обнажив береговую линию.

Британов разглядел цепочку фигурок на серых скалах. Это были их жены. Те, кто будет ждать, верить и не спать ночами. Он помахал — в надежде, что на берегу увидят его и поймут, что все будет в порядке. В отрезанном от мира Гаджиево, где ничего не было известно наверняка и все питалось слухами, страхи распространялись как эпидемия. Среди жен экипажа слух о дате возвращения лодки будет гулять уже с этой минуты.

Но на самом деле никто, кроме высшего командования, не знает, когда они вернутся. Экипаж тоже узнает дату возвращения только после погружения, когда Командир вскроет секретный пакет с боевым распоряжением на поход.

Буксиры наконец развернули тело субмарины носом на выход из бухты.

— Обе турбины — средний вперед! — скомандовал командир, и лодка сначала медленно, а затем все увереннее начала движение. На мостике стояла тишина, прерываемая лишь негромкими командами и докладами.

Теперь всё действительно осталось за кормой и уже никто не оглядывался назад. Началась серьезная мужская работа.

Теперь нет места сомнениям, а есть только одно — любой ценой выполнить боевую задачу: “Боевое патрулирование в готовности к нанесению ракетно-ядерного удара по объектам противникам”.

Поверьте, что и тогда, и сейчас это не пустая фраза для всех военных, а особенно для экипажа подводного крейсера стратегического назначения и тем более для его командира. Ни один командир подобной субмарины, под флагом какой бы страны он ни служил, ни на минуту не забывает о ней в море и действительно всегда готов выполнить этот страшный приказ, какие бы чувства он при этом ни испытывал. Другое дело, что вряд ли найдется среди них человек, мечтающий об этом. Британов не был исключением и понимал всю меру своей личной ответственности за его выполнение.

Задача состояла именно в том, чтобы доставить шестнадцать ракет и сорок восемь боеголовок к самым берегам Америки, и именно это Британов намеревался исполнить самым наилучшим образом, поставив врага под угрозу того же молниеносного уничтожения, какой подвергалась и его Родина.

Британов выдвинулся из специалистов по радиоэлектронике — весьма необычная карьера для командира подводной лодки. Своим внешним обликом, холодным и расчетливым, Британов в значительной мере был обязан многолетней привычке распутывать хитросплетения сложных электронных схем. Такой же подход, как к решению сложной задачи, он перенес и на управление подводной лодкой.