Настоящие герои. А все эти скучные гадкие люди, бредущие на выборы, – послушное стадо. К их мнению прислушиваться не обязательно. Все равно в сознании россиян жило убеждение, что историю делают герои. Толстовцев крайне мало, идеи Льва Николаевича никого не волнуют. Пассионарии – вот наше все. Небольшая горстка пассионариев, захватывающих власть, гордо кричащих «Есть такая партия!», палящих из пушки по Зимнему дворцу и потом переснимающих довольно спокойно происходивший в реальности штурм здания в стилистике ультрареволюционного кино, с массовкой, грудью сминающей красивый кованый забор. Конечно, никакого отношения к исторической правде это не имело, но кого волнует историческая правда? Важна ведь правда художественная.

В истории модно было заниматься не сбором документов, а грамотным преподнесением выгодной версии. А с какого-то момента уже никто не вспомнит, как оно было на самом деле. Да и в сознании большинства современных россиян фильм, снятый десятилетием позже штурма Зимнего дворца, воспринимается как документальный, и многие искренне считают, что Василий Иванович Чапаев выглядел один в один как актер Бабочкин, и какой-то залетный документалист на самом деле снял, как же именно Чапай тонул в Урале.

Вот и сейчас и взрывающаяся Майданом незалэжна Украина, и «революция роз» в Тбилиси, и белорусский аплодирующий молчаливый протест воспринимаются нашими людьми по большому счету с симпатией. А теперь давайте сравним различные страны и их развитие. Страны, где бунты как захват власти являются делом обычным, и страны, где ничего подобного уже давно не происходит. Соединенные Штаты Америки – столетие нет ничего похожего на вооруженный захват власти, но американская демократия традиционно считается самой продвинутой. Великобритания – пожалуй, последнее серьезное выступление связано с именем Кромвеля, а после – совсем ничего. Да, конечно, Франция, студенты, 1968 год, до сих пор неясна роль Америки в организации этих бунтов. Но системно они тоже ничего не изменили. Это был конец политической карьеры де Голля, но все равно он проиграл выборы, а не был скинут штыками. И обратный пример – Украина, Майдан. Одни клептократы перекинули власть в руки другим клептократам, причем и та и другая команды когда-то работали вместе. А народ как жил плохо, так и живет.

Так что же такое демократия? Проявление воли пассионариев, вышедших на улицы, или ежедневная тяжелая работа, завершающаяся регулярным выходом к избирательным урнам, когда «один человек – один голос» и миллионы граждан выражают свою волю? Но мы искренне верим в то, что только бунт может все решить – как наивные дети, считающие, что если рисунок не получился, его следует немедленно порвать. Или как большинство россиян, мечтающих о приходе Сталина, в полной уверенности, что Сталин обязательно расстреляет соседа, но ни в коем случае не его. Так и здесь, мы уверены: вот вспыхнет бунт, и всех плохих накажут. А с нами, хорошими, что будет? Разве хоть один исторический опыт такого бунта привел к тому, чтобы не страдали невинные жертвы? Да и страна в конечном итоге разве хоть раз жила лучше? Ответ печален и ясен: нет, не жила. Ну а что теперь делать, привыкать? Привыкать – это скучно. Это не наш метод. Гораздо лучше выкрикнуть перед широкой публикой что-нибудь резкое и жесткое.

Глава 5

Когда пишешь книгу о врагах России, рано или поздно возникает вопрос – а кто же друзья? И вспоминаешь знаменитую фразу, что у России только два друга: армия и флот. Хотелось бы, конечно, добавить: и ракетные войска. Хотя сейчас можно точно сказать, кто является спасительницей современной России, – это, конечно, атомная бомба. Иначе нас бы уже давно демократизировали по югославскому варианту и разделили на ряд суверенных государств. И здесь мы вплотную подходим к теме внешних врагов России.

Некоторые российские политики любят рассуждать на эту тему практически с пеной у рта. Особенно достается Англии от Владимира Вольфовича Жириновского, который до сих пор переживает, как день сегодняшний, заговор и убийство государя императора Павла I – на что, кстати, имеет более чем достаточно оснований: действительно, англичане к вопросам международной политики всегда относились не только очень серьезно, но и крайне цинично.

Действительно, за долгие века существования Россия видела разные формы предательства практически от всех сколь-нибудь существенных политических игроков. Уж кто только нас не предавал! Даже «братушки-славяне», обязанные нам своим освобождением, и то не остались в стороне. Конечно, можно задать вопрос: с чем это связано? С тем, что мы такие честные, или с тем, что мы такие наивные? Ответа придется ждать долго. Ясно, что в мире международной политики мы руководствуемся какими-то своими мотивами, которые зачастую никому другому не понятны. Хотя и население России внешнеполитические решения нередко оставляют в недоумении, да и внутренняя политика, как правило, поддерживает это ощущение.