<p>Полина Люро</p><p>Враги. Мир Избранных</p>

<p>Глава 1. Враги</p>

Я смотрел, как бордовая капля, медленно скользя, сорвалась с руки и, ударившись о прозрачную воду, растеклась в ней быстро тающими разводами. За ней последовала ещё одна, и это неторопливое падение, завораживая, не отпускало взгляд, пока за плечом не раздалось вечно недовольное ворчание моего слуги Тимса:

― Господин Терри… Хватит пялиться на кровь, лучше дайте — ка я Вас перевяжу. Неужто решили, так и не добравшись до лагеря капитана Шверга, умереть здесь в лесу по-тихому? Неплохой выбор, мне меньше хлопот ― не надо бегать после сражения по полю в поисках частей тела, просто прикопаю Вашу милость где-нибудь под кочкой, и все дела…

Я фыркнул, живо опустив ладонь в обжигающе холодный поток стекавшего с гор ручья, безжалостно намочив слегка растрепавшуюся чёрную косу Избранного из Дома Живительной воды, и, встав с корточек, сделал вид, что замахиваюсь на непочтительного болтуна. Он легко увернулся и, перехватив мою руку, начал быстро заматывать кровоточащий порез чистой тряпицей, не переставая при этом довольно ухмыляться:

― Так-то оно лучше… Жаль, что в этом лесу магия не работает, а то плохая это примета ― пораниться до боя, и как Вас только угораздило?

Вырвавшись из цепких лап сына деревенского старосты, пряча улыбку, попытался сохранить достоинство имперского офицера:

― И почему только я столько лет тебя терплю, грубиян, да ещё деньги плачу? Другой бы на моём месте…

― Так Ваша милость не такой, как другие малахольные Избранные ― вроде неплохо соображает. Где же в наше — то время найдёшь верного и глупого слугу, чтоб за хозяином и в огонь, и в воду… А Вам со мной повезло… ― он снова уклонился, но на этот раз я даже не стал делать вид, что пытаюсь его наказать и, вскочив на жеребца, махнул рукой, давая сигнал уставшим бойцам следовать за мной.

На душе было погано ― пятнадцать человек, всё что осталось от совсем ещё недавно большого отряда… Уцелевшие в бойне у Старого Города теперь должны были присоединиться к свежим силам «непобедимого» капитана Шверга, известного храбреца и везунчика, о котором в армии ходили легенды. Но, пережив ужасы прошлой атаки неприятеля, я уже не верил ни в счастливые приметы, ни в удачливых командиров. Мы проигрывали раз за разом, потому что не имели самого главного ― эффективного оружия, способного поразить тех Тварей…

Были ли эти страшные создания порождениями чужого мира, проникшие к нам через пространственную прореху, или, возможно, появились на свет в результате экспериментов вражеских алхимиков ― точного ответа пока никто не дал. Да и какое это имело значение, если каждое такое чудовище стоило сотни обречённых на смерть солдат…

Не спорю, иногда и нам удавалось убивать огромных, клыкастых существ, лишь внешне напоминавших внезапно подросших обитателей жарких лесов второго малоизученного материка, но цена такой победы была огромна, что, впрочем, не останавливало командование. Эти изверги бросали в бой новые силы, в основном состоявшие из захваченных в плен рабов или проданных за долги крестьян. Неудивительно, что ответом была лютая ненависть…

Пусть Избранных и считали хладнокровными бездушными выскочками, благодаря магическому дару подмявшими под себя практически всю территорию обоих континентов, я-то прекрасно знал, что большинство из нас ― такие же люди, как и все, способные чувствовать и сопереживать, любить и страдать, не показывая своей боли…

Конь с не слишком оригинальной кличкой Верный неторопливо брёл по густой траве; я спиной чувствовал озлобленные взгляды солдат, которым, едва выжив в неравном бою, предстояло снова рисковать и, скорее всего, погибнуть во славу «узкоглазых придурков с их клятыми косами». И не осуждал их, почти смирившись с судьбой, ведь вера в многочисленные приметы предсказывала, что, если уж пролил каплю крови перед боем, жди, что за ней последует багровая река, которая, скорее всего, унесёт с собой в небытие…

Фаталист по жизни, я грустно усмехнулся и потому после трудной дороги даже не обрадовался вышедшим нам на встречу часовым капитана Шверга, одного из немногих, сумевших заслужить честь командовать даже Избранными. Кое-кого это до сих пор возмущало, но мне было плевать ― честно говоря, никогда не судил о людях по их происхождению.

Пока я улаживал формальности с местным офицером, кивком послал Тимса вперёд разведать обстановку. Он вернулся очень быстро, и мне не понравилось «загадочное» выражение его плутоватого лица:

― Не тяни, болван, выкладывай, какие ещё неприятности ждут меня этим невезучим днём ― мы опоздали к обеду, или все палатки уже заняты, так что придётся снова ночевать на голой земле под оглушительные рулады твоего храпа?

Тимс хмыкнул, вытирая нос рукавом рубахи:

― Боюсь, Вашей милости не понравится эта новость, ― его маленькие глазки озорно блеснули.