Читаем Враг неведом полностью

Транспорт пробивал атмосферу, и Джейана невольно прилипла к экранам. Наставник Эйбрахам лежал в глубоком обмороке, постигшем его при виде исполинского грибовидного облака, вздыбившегося над энергостанцией космопорта…

А потом небо почернело и зажглись звёзды.

Нарушая все правила космогации, транспорт ушёл в прыжок, не достигнув расчётной точки, так, словно у него на борту стоял по меньшей мере второй, равный по мощи двигатель. Батареи Звёздного Дома, дюжина взлетевших истребителей и полсотни охранных спутников, готовивших сокрушительный — вернее, почитавшийся таковым — удар, остались ни с чем.

Теперь остановить корабль мог только флот самой Земли.

* * *

У дверей Совета стояла внушительная охрана. В незнакомой Твердиславу белой форме, в полном боевом и с оружием, снятым с предохранителей. На парня и сопровождавшего его офицера — подчинённого Конрада — стражи смотрели тускло и подозрительно. На все однообразные заявления — нас ждёт его высокопревосходительство! — следовал столь же однообразный ответ — никто не смеет входит в зал Совета, не будучи его членом.

— Бесполезно, — офицер только махнул рукой. — Лучше и в самом деле подождать где-нибудь здесь.

Фойе перед залом Совета и впрямь располагало к неспешному ожиданию. Ручейки, живые рощицы, фонтаны, птицы… Цветы, буйное смешение красок, тяжёлый аромат громадных мясистых лепестков и венчиков…

— Подождём?.. — провожатый уже направился к уютной беседке возле орошающего воздух фонтана.

— Нет, — хрипло ответил Твердислав. Там, за плотно закрытыми дверьми Совета, сейчас творилось что-то… нет, не страшное… но грозящее перерасти потом в это самое страшное и даже непоправимое.

* * *

Совет бушевал. Никогда ещё чинное собрание не знало таких страстей, такого нагромождения доводов и контрдоводов, обвинений и контробвинений; Корнблат так и не ушёл с трибуны, стоял, забрасываемый наводящими вопросами оппонентов Исайи:

— Не считаете ли вы, профессор, что в данном конкретном случае имело место превышение полномочий уважаемым верховным координатором?..

— Не считаете ли вы, профессор, что отсутствие какого бы то ни было статистически достоверного результата при столь богатой выборке однозначно свидетельствует в пользу отказа от эксперимента “Вера” в его нынешнем смысле?..

— Не считаете ли вы, профессор, что в изначальном своём виде Проект был обречён на неудачу и не имел никакого шанса на успех — что должно быть ясно, по моему мнению, любому трезвомыслящему человеку, знакомому хотя бы с азами точных и естественных наук?..

— Не считаете ли вы, профессор, что утверждённая его высокопревосходительством верховным координатором смета расходов Проекта “Вера” полностью абсурдна и ведёт лишь к разбазариванию ресурсов?..

— Не считаете ли вы, профессор, что при составлении самого Проекта имел место злой умысел и его создатели стремились лишь ослабить наши ряды?..

После этого вопроса, выкрикнутого с места самой Мак-Найл, в зале разом наступила мёртвая тишина. Роковые слова произнесены. Теперь — открытая схватка. Отмолчаться и не ответить на такое обвинение Исайя Гинзбург не может.

Красный, потный Корнблат судорожно утирался огромным носовым платком. Руки его тряслись — потому что рядом стоял каменно-спокойный Исайя и ласково, даже ободряюще смотрел на него…

— А… Э-э-э… Я, собственно говоря, старался излагать высокому собранию… э-э-э… лишь те факты, кои мог подтвердить документально, равно как и выводы, вытекающие лишь из таких фактов…

Завилял хитрец, подумал Исайя. По лицу Мак-Найл явствовало, что старая львица рассчитывала совсем на другой ответ. Взгляд её буравом впился в переносицу генерала-от-экологии, и тот, лишний раз утеревшись платком, с великими мучениями принялся выдавливать из себя слова.

— А… э… Собственно говоря, факты, что я привёл высокому собранию… ярко характеризуют людей, стоящих и посейчас во главе Проекта “Вера”, как… мнэ-э-э… действующих по принципу “quia nominor leo”, как персон глубоко… мнэ-э-э… безнравственных, лишённых каких-либо человеческих чувств, закоренелых властолюбцев… — Оратор старался взвинтить сам себя, отрезать пути к отступлению. Мак-Найл следила за ним с удовлетворением. Сейчас она напоминала уже не львицу, а старую паучиху, хладнокровно наблюдающую за трепыханием жертвы. — Таким образом, учитывая всё вышеизложенное… м-м-м… кратко подытожу, чудовищный перерасход материальных средств и людских ресурсов, полный провал идеологии, приведшей к массовому дезертирству… м-м-м… этого, очевидно, достаточно. Sublata causa, tollitur morbus. Без этих людей, что стояли у истоков Проекта… Difficile est proprie communia dicere… В общем, ответ утвердительный. Косвенные данные говорят, что…

Исайе пришлось сделать шаг и слегка коснуться плеча Конрада — тот уже готов был броситься на говорившего.

Зал молча стоял, ожидая. Малкольм закряхтел и нажал кнопку — зелёный огонёк, вежливый запрос к председателю на предмет получения слова.