Читаем Возвращение (СИ) полностью

Руки обессилено подогнулись и я распластался на влажном мокром песке, вперемешку с илом ощущая холод воды плещущейся о мои ноги. С трудом удалось перевернуться на спину делая полноценные, но еще болезненные вдохи живительного кислорода, что бы посмотреть на своего мучителя и спасителя в одном лице.

Утонченная грация сильного обнаженного белого тела, четкая геометрия острых скул и влажная шапка огненно рыжих волос с дополнением из больших и глубоких колодцев кристально ледяных голубых глаз.

— Гарпида… — С трудом вытолкнул я из себя единственное слово, не в силах пошевелиться.

— Королева. — С какой-то нежностью и одновременно не стыкующейся злостью, прошептали ее губы мне в лицо, когда она низко склонилась надо мной, придавив большой и тяжелой обнаженной грудью к земле. — Домой собрался мальчик?

Тонкие сильные пальцы медленно блуждали по моему лицу, словно изучая его. Она навалилась сверху на меня, тяжко придавив к земле и не давая пошевелиться.

— Не все будут рады твоему возвращению барон. — Первый намек на легкую улыбку коснулся ее губ. — Ты даже не представляешь насколько.

— Что тебе нужно? — Я активировал защиту Мака от возможных высоких голосовых модуляций данной особы. — Мести?

— Нет. — Она поднялась с меня, вставая на изломленный, красивый разлапистый маховым плавником хвост, где каждая чешуйка выглядела, словно отполированная золотая монетка. — Но за тобой должок, помни об этом.

Помни об этом. Да уж тут забудешь! Красивое дышащее мощью тело филигранно ушло в муть воды, оставляя меня в одиночестве лежать на берегу перевитого с ног до головы, словно мумия, измазанными кровью тряпками.

Вот так, по собственной неосмотрительности, и из-за расхлябанных чувств окружающей меня смерти я сам чуть не стал бездыханным трупом, о чем мне не двусмысленно намекнула гарпида своим внезапным и совершенно неожиданным визитом.

Расслабляться нельзя. Хватит уже жевать сопли и, ковыряться в себе, жалея окружающий и бездушный человеческий мир нелепых и бездумных страстей. Есть цель, поставлены задачи и существует жесткая необходимость выполнения возложенных обязательств.

Я абстрагировался от окружающей действительности, дав четкую команду своим спутникам выполнять лишь малую функцию своей легенды и то лишь в случаях, когда этого избежать было уже нельзя в связи с возможным крахом легенды. Так было нужно и так стало, особенно с учетом того, что дальнейшие дни нашего пути уже все больше и больше стали перемежаться остановками не для раненных регулярных войск короны, а для небольших группировок мятежного союза знати и бестиаров. Именно в эти дни я невольно осознал всю масштабность разыгравшейся картины, а именно то, что корона здесь и сейчас была в меньшинстве. Корона явно уступала армии мятежников и чем дальше на север, тем более пугающей становилась людская масса, последовавшая призыву к свержению короля.

Естественно нас останавливали, естественно нас допрашивали, но легенда работала и работала хорошо, ибо стоны раненных не нуждаются в переводе и мотивации либо же в политических и нравственных идеях. Они понятны без слов, а малейшее избавление и минимальная порция надежды для умирающего товарища дорогого стоят, посему наш обоз пусть и медленно, но верно шел к передовой, меняя недели и километры пути, отмечая их свежими могилами и новыми порциями окровавленных тряпок бинтов.

Я немного поплыл во времени, потеряв счет неделям лишь машинально отмечая усиливающиеся по ночам холода и то, что местность вокруг становилась менее обжитой и не так резала глаз сожженными деревнями с обезображенными вздувшимися трупами на дорогах, местных жителей.

А вскоре не обошлось и без драм. А куда же без них? Мы приняли небольшую группу бойцов регулярных войск, где из двух десятков человек, более или менее целыми могли считаться всего двое. А буквально после трех часов борьбы за их жизнь на нашу стоянку вышли мятежники, прямо на операционных столах и наших глазах, обрывая жизни тех, кого мы все это время пытались спасти. И естественно это был не единичный случай, это стало практикой, благо лишь единожды нам пришлось в такие моменты, кровавого безумия, защищать свои жизни, отправив на тот свет небольшую дружину одного из баронов, что решили вырезать как скотов не только израненных солдат, но и подлых лекарей, что посмели оказывать помощь нуждающимся.