Читаем Возвращение (Окончательный вариант) полностью

- Мне нужен ваш сын, - сказал он матери. - Извините, Галина Федоровна, но предупредить заранее не получилось. Нас самих поставили перед фактом. Во дворце пионеров и школьников состоится смотр самодеятельных коллективов. Он, собственно, уже идет третий день, и выступление Геннадия в программе нет. Это Тикоцкий настоял. Ты можешь вызвать сюда свою подругу?

- Мы можем задержаться на полчаса? - спросил я.

- На полчаса можем, - ответил он, взглянув на часы.

- Тогда я сейчас позвоню, а потом сбегаю сам. Это важно. А вы пока с мамой попейте чай.

- Люся! - громким шепотом сказал я в трубку, когда мама увела Валентина на кухню. - За нами приехали из Минска пригласить на концерт. Быстро одевайся, а я сейчас прибегу, чтобы хоть раз спеть песню. Не хотелось бы опозориться.

Бежать я не стал. Не хватало еще нахвататься холодного воздуха. Да и петь после пробежки... Ничего, в следующий раз будут созваниваться со штабом и заранее заказывать пропуск, как делали раньше.

Быстрым шагом, время от времени все-таки срываясь на бег, я за десять минут добрался до дома Черзаровых. Люся уже "почистила перышки", надев праздничную плиссированную юбку и красивый джемпер.

- Ничего, что я не в школьном? - спросила она. - По телевизору дети обычно выступают в школьной форме.

- Перебьются! - отрезал я. - Давай за пианино, времени мало. Где моя гитара?

- Ольга ее повесила над своей кроватью. Сейчас принесу.

- Здравствуйте, Надежда Игоревна! - поздоровался я с вышедшей с кухни Надеждой. - Люся, давай гитару! Ты начинай, а я подхвачу.

Первый раз получилось неважно, а вот второй - уже очень неплохо.

- Нет больше времени, - сказал я. - Валентин там и так, наверное, икру мечет. Побежали одеваться. До свидания Надежда Игоревна!

Валентин действительно нервничал и сразу погнал нас в машину.

- Быстрее не могли? - недовольно сказал он.

- Есть новая песня, - сказал я. - Я над ней давно работал, а закончил совсем недавно. Мы ее еще не успели толком отрепетировать, но сыграть и спеть сможем.

- Сначала выступите с "Качелями", а там будет видно. Николай, давай быстрее.

Шофер, с которым я не был знаком, доставил нас к дворцу через час с небольшим. Мы прошли в вестибюль, сдали свои вещи, и Валентин повел нас в зал. На сцене мальчишки и девчонки на пару лет младше нас танцевали какой-то украинский танец.

- Пробирайтесь ближе к сцене, - негромко сказал наш провожатый. - И садитесь на свободные места. Ваш номер объявят.

Мы прошли по проходу к третьему ряду и сели на два крайних места. С полчаса с удовольствием смотрели и слушали других, пока не объявили наш номер.

- Геннадий Ищенко и Людмила Черзарова с песней "Крылатые качели"!

Мы встали и быстро прошли к лестнице сбоку от сцены. Я взял Люсю за руку, и мы поднялись на сцену и пошли к роялю. Ведущий поднес один микрофон к севшей за инструмент Люсе, а второй я перетащил сам, стараясь не запутать провода. Он передал мне гитару и отошел в сторону.

- Не волнуйся! - шепнул я подруге, видя, что у нее начинается мандраж. - Плюй на все, тогда получится. Начинай первая.

Сыграли и спели мы просто замечательно, и я с удовлетворением заметил, что Люся успокоилась, а бурные аплодисменты, которыми нас наградили сидящие в зале, доставили ей удовольствие. Ведущий начал нас благодарить, намереваясь согнать со сцены, но я взял свой микрофон, который никто не отключал, и обратился к залу:

- Совсем недавно я закончил работать над песней, посвященной героям гражданской войны. Мы не успели ее как следует отрепетировать, но если вы не против и будете снисходительны к исполнению, мы вам ее сейчас споем.

Ведущий дернулся было к нам, но публика начала дружно аплодировать, и он опять отошел в сторону, словно показывая, что ничего общего с нами не имеет.

- Песня "Погоня", - объявил я и запел вместе с подругой. - Усталость забыта, колышется чад, и снова копыта, как сердце, стучат...

Наверное, еще никогда мы с ней не вкладывали в пение столько души, и пели на удивление синхронно, как будто тренировались не один день. Люди могли подумать, что я соврал насчет репетиций. Когда мы закончили, я отдал ведущему гитару и подал Люсе руку. И тут зал взорвался аплодисментами! Нам аплодировали, пока мы не вернулись и не спели песню еще раз. Эх, если бы это была по-настоящему моя песня! Под аплодисменты мы спустились со сцены и заняли свои места. Ведущий поблагодарил нас за выступление и объявил следующий номер. К его началу шум в зале стих, но на нас продолжали оглядываться. Надо было уйти через боковые двери. Долго нам сидеть не пришлось: сначала станцевали "Польку", потом девочка лет десяти спела песню про маму, и ведущий объявил об окончании мероприятия. Здорово, значит, нас всунули в самом конце.

Мы поднялись и быстро пошли к выходу.

- Как ты думаешь, нас засняли? - спросила Люся, увидев две кинокамеры на треногах.

- Засняли, - ответил я. - Ты уткнулась в рояль, а потом скромно потупила глазки, а я несколько раз посмотрел в зал. Первый раз не снимали, снимали, когда мы пели "на бис". Давай отойдем в сторону и дождемся Валентина, все равно в гардеробе сейчас очередь.