Читаем Возвращение (Окончательный вариант) полностью

- Потом, так потом, - вздохнул он. - Дочь, ты поела? Закончишь с едой, иди ко мне, не мешай сестре.

Я зашел вслед за Люсей в ее комнату.

- Кто-то меня в школе обещал поцеловать, - тихо сказала она мне. - Выполняй обещанное, пока отец удерживает Ольгу. Надолго его не хватит.

- Вот так бы целовалась и целовалась! - сказала она, слегка задыхаясь, когда мы оторвались друг от друга. - Мне этого мало!

- Хорошего понемножку, - ответил я. - Покажи, чем вы без меня занимались на уроках.

- Эту поговорку придумали жадины, - сказала она, раскрывая портфель. - Смотри, здесь мы закончили по физике...

Едва мы закончили с уроками, открылась дверь, в которую просунулась голова Ольги.

- А почему вы не целуетесь? - разочарованно спросила она. - Поцелуйтесь, а то маме расскажу!

- Что ты расскажешь? - спросил я.

- Как что? Что вы целовались!

- А если поцелуемся, не расскажешь?

- Не расскажу, честное слово!

- Ну раз ты так хочешь... - улыбнулась Люся, потянувшись ко мне. - Учти, только ради тебя! Попробуй потом рассказать родителям, сама же будешь виновата! А я с тобой не буду дружить.

На этот раз она долго не разрывала поцелуй, так, что у меня даже закружилась голова. У Люси, по-видимому, тоже.

- Счастливая! - с завистью сказала сестра. - Прям как в кино!

- Ладно, - сказала Люся. - Ты играй с куклами или займись уроками, а нам нужно поговорить. Ну как все прошло?

- Нормально прошло. Сыграл я им и спел. Песня, как на заказ, патриотическая, про Белоруссию и слушать приятно. Плохо, что я еще голос не довел до нужной кондиции, хотя все равно никогда не спою так, как пели "Песняры". Будет скоро такой популярный ансамбль. Думаю, меня из-за нее пригласят в Минск. Интересно, что эта Василиса обо мне состряпает. Материала она набрала много, даже пару моих фоток забрала.

- А фотографии ей зачем? - ревниво спросила Люся. - У меня, кстати, ни одной твоей нет.

- С ума сошла к ней ревновать!

- Видела я, как ты по ней прошелся взглядом! - сказала подруга. - Не хуже Семеныча, только тот еще облизнулся. Не знаю, сколько ей лет, но на вид больше шестнадцати не дала бы. Только груди торчат, а так девчонка девчонкой! А тебе из-за твоих занятий спортом и пятнадцать можно дать! Может быть, ты не видел, зато я заметила, как она на тебя посмотрела и вздохнула! Небось будь у вас поменьше разница в возрасте...

- При чем здесь это? - искренне удивился я. - Запомни, что все мужчины провожают взглядом красивых женщин! В нас это просто заложено природой. Но когда есть одна-единственная, все эти игры в гляделки ровным счетом ничего не значат! Зачем еще кто-то, когда есть ты?

- Хорошо сказал! - подтвердила Ольга, про которую мы забыли.

- Слушай, чудо! - сказал я ей. - Если Люся мне станет невестой, ты ведь тоже будешь родственницей. Скажем, сестренкой. Не против?

- Точно? - на всякий случай уточнила она. - Брат это хорошо! У меня через месяц день рождения!

- Подарок за мной, - пообещал я. - И вообще, если что-то нужно, обращайся. Ладно, играй, а я пойду домой!

Я попрощался с родителями подруги и заторопился домой. Нога полностью прошла, и нужно было наверстывать упущенное.

На следующий день в школе все было, как обычно, словно вчера никто не приезжал. Но Новиков со мной все же поговорил, причем с самого утра, когда я переобулся в гардеробе и хотел рвануть к лестнице.

- Притормози, Геннадий! - сказал он, приближаясь со стороны учительской. У меня к тебе разговор на пару минут.

- По поводу вчерашнего? - пришел я ему на помощь. - Когда мы с Черзаровой стояли в коридоре? Если только это, то таких прогулок больше не будет.

Он кивнул и пошел к себе, а я понесся по лестнице, подгоняемый звонком.

Через несколько дней, я заметил, что отношение ко мне одноклассников все же начало меняться. Оно стало более уважительным, но прежней непосредственности в нем уже не было. Со мной всегда соглашались, будто я взрослый и авторитетный человек. Хлопки по плечам и другие дружеские изъявления чувств прекратились. Класс отдалялся от меня, и я не знал, как это остановить. Когда я об этом прямо спросил Сергея, он мне прямо и ответил.

- Ты вырос и живешь теперь своими делами. В мяч тебе играть неинтересно, девчонок обсуждать - тоже. Любое наше занятие вызывает у тебя скуку. Я тебя прекрасно понимаю, мне тоже неохота возиться с Мишкой. К тебе у всех очень хорошее отношение, но, кроме учебы, у нас ничего общего нет. Твоя известность это только усилила.

Его брат Мишка был на пять лет младше и учился в одном классе с Ольгой. К Люсе девчонки тоже стали относиться иначе. Многие ей откровенно завидовали и своей зависти не скрывали. И дело было не только во мне. Если у тебя не хватает смелости что-то сделать или тебе это запретили, а кто-то рядом на эти запреты плюет, как ты к нему станешь относиться? Уж точно не дружески. Даже с Леной они перестали дружить, хоть внешне это было мало заметно. Люся потянулась к моей сестре, которая испытывала к ней симпатию. Поэтому она стала у нас задерживаться, и то время, когда я занимался делами, проводила в компании Тани.