Читаем Возвращение (Окончательный вариант) полностью

Последовавшую за этим реакцию самых разных людей во многих странах иначе как шоком назвать было нельзя. Ехидный тон, как по команде, исчез, хотя кое-кто и высказывался, что нужно бы еще подождать землетрясения в Алжире. Алжирцы ждать не стали, они начали к нему активно готовиться, расселяя население города Аль-Аснам и укрепляя дома в более отдаленных районах. Именно в это время всплыло мое имя. Конечно, проболтались американцы. Это была целенаправленная компания обливания грязью, благо было к чему прицепиться. Я украл сотни произведений, выдав их за свои. Что хорошего может исходить от такого мерзавца? Будучи, в сущности, стариком, я соблазнил молодую девушку, купив ее своими гонорарами. Там еще много чего было до кучи, включая угрозы расправы со стороны евреев-ортодоксов. По советскому телевидению выступил Косыгин. Это было как раз за месяц до его ухода на пенсию. Он подтвердил, что именно я передал правительству всю имеющуюся информацию и в дальнейшем оказывал помощь в проведении реформы и научных изысканиях, за что меня награждают орденом Ленина. Кроме того, за выдающиеся заслуги в области музыки и киноискусства мне и Люсе присвоили звания заслуженных артистов РСФСР. Вообще-то, это был перебор, но, как я понял, присвоение званий сделали в пику западной компании клеветы.

А на следующий день в Балаклаву приехал Юркович.

- Здорово здесь у вас! - искренне сказал Илья Денисович. - Курорт!

- Конечно, - сказала Люся. - Сейчас середина июля, попробовали бы вы здесь пожить в декабре.

Она два месяца назад родила сына и на днях должна была выходить на работу.

- Я бы и в декабре не отказался, - вздохнул он. - Где можно повесить китель, а то жарко. Во-первых, позвольте поздравить. И с орденом, и со званием. Причем тебя со многими.

- С какими многими? - не понял я.

- Ты у нас теперь почетный гражданин одиннадцати арабских государств. Есть куча приглашений посетить их столицы вместе с женой. Даже король Халид ибн Абдель Азиз Аль Сауд прислал официальное письмо. Понятное дело, что никуда вы не поедете.

- От вас, Илья Денисович, одно расстройство, - вздохнула жена. - Только начала мысленно примерять хиджаб...

- В верхах решили, что нечего тебе отсиживаться, - сказал Юркович. - Нужно подготовиться и выступить с обращением к соотечественникам. Ты у нас не Машеров, но популярностью ему не уступаешь. Многие не знают, что в отношение тебя думать. Компания на Западе не стихает, а это начинает мешать. Нужно, чтобы ты все сам объяснил нашим, а потом провел пресс-конференцию. Постарайся лучше подготовиться. Сколько тебе на это нужно времени?

- Завтра утром буду готов, - ответил я.

- Тогда я завтра к вам заеду часов в десять, и вместе съездим в Севастополь, сделаем запись. А время и место пресс-конференции уточним позднее.

Запись на студии начали делать в одиннадцать часов. Я собрался с мыслями и начал рассказ с того, каким был мир, который я покинул. Закончив его описание, я сказал:

- Возможно, это была еще не агония, и жизнь на планете просуществовала бы еще несколько сотен лет, но это было бы именно существование. Поэтому, когда появилась возможность прожить еще одну жизнь и что-то изменить к лучшему, я не колебался ни минуты.

О встрече с Ольгой и переносе я не рассказывал, были у меня на это причины.

- В первое время личность старика подавила личность ребенка, - продолжил я. - Я чувствовал себя все тем же восьмидесятилетним стариком в молодом теле. Потом как-то незаметно проснулся ребенок, стала доступна его память, а мои поступки, несмотря на весь мой жизненный опыт, все больше становились именно поступками ребенка. Я решил не повторять свою жизнь, а прожить ее совершенно по-новому. В течение длительного времени я вспоминал все то, что узнал ценного в своей жизни, а узнал я очень много. Помогало то, что в результате переноса память у меня стала почти абсолютной. Чтобы прикрыть свою работу, я сказал родителям, что пишу книгу. Мне ее и в самом деле пришлось написать.

Я продолжал свой рассказ, очень похожий на исповедь, стараясь не касаться личных отношений с Люсей.

- Изменения в нашей жизни действительно привели к тому, что некоторые произведения не были созданы. В качестве примера могу привести фильм "Семнадцать мгновений весны". В мое время его заказал человек, занимавший пост председателя КГБ. В вашей реальности его на этом посту не было, поэтому не было создано ни книги, ни фильма.

Я рассказал всю историю, начиная с написания сценария и визита с ним к Семенову.