Читаем Возвращение (Окончательный вариант) полностью

- Вы будете играть на "Мосфильме"? - спросила нас Бондарчук.

- Не знаю, Наташенька, - ответил я. - Может быть, и на Горького. Есть у меня идея снять один фильм. Кое-что из истории борьбы с монголами. Точнее, фильм будет не совсем по реальной истории. Что-то вроде исторического боевика с нами в главных ролях. Масштабные съемки вроде тех, которые проводил твой отец в "Войне и мире", города придется строить, а потом разрушать. Простыми декорациями не обойдемся. Деньги-то я, наверное, протолкну, вот захотят ли браться? Работа-то года на два-три, не меньше.

- Вечно у тебя масштабные сюжеты, - сказал Николай. - Лиознова когда закончит?

- Месяца через два должны закончить съемки, - ответил я. - Потом монтаж и все прочее. Фильм покажут только через полгода. Жаль, его выход на экраны мне бы сейчас помог.

- Тебе Брежнев поможет лучше Лиозновой с ее фильмом, - сказала Бондарчук. - Если действительно будешь снимать, и будет подходящая роль, приглашай. Все брошу и приду к тебе сниматься.

- Смотри! - предупредил я. - Обратной дороги не будет. А вот шум будет большой. Если бы не Леонид Ильич, я бы за такое никогда не взялся. Съели бы без хрена. Твой отец точно будет недоволен.

- Он сам по себе, а у меня своя жизнь! - отрезала она. - А зачем ты хочешь так намутить? Что, обычный исторический фильм снять нельзя?

- Обычный исторический вяжет мою фантазию по рукам и ногам, - пояснил я. - Хочу во всем переплюнуть Голливуд. Исторические события трогать не буду, а по действующим лицам малость подправлю в нужную сторону. Что в фильме самое главное?

- Ты как Герасимов, - засмеялась Белохвостикова. - Тоже любит задавать этот вопрос.

- Самое главное, чтобы народ на него пер валом! - высказался я. - Зрелищность, интересный сюжет и привлекательные герои. Если у вас все это есть, то останется вложить в фильм нужные мысли.

- И какие мысли будут у тебя? - спросил Талгат.

- Патриотизм и тема любви, - ответил я. - В нем будет достаточно эпизодов, показывающих, как именно должен жить человек. Я хочу сделать картину, которая заставит многих думать после того, как они выйдут из кинотеатров. Просто зрелищный фильм не стоит тех денег, которые тратят на его создание. Вот американцы сняли "Клеопатру", потратив огромные деньги...

- А где ты его мог видеть, если еще не покупали? - спросил Николай.

- А я его не видел, только фотографии, да прочел несколько статей. Фильм очень зрелищный, но, посмотрев его один раз, пересматривать уже не идут.

- А на твой, значит, пойдут?

- Если не схалтурим, то пойдут.

- Тогда забей в нем роль и для меня, - сказал Николай.

- Я на роль Чингиза не пойду? - спросил Талгат. - Татары в роду были.

- У меня будет Бату, - ответил я. - Он в то время вроде был постарше, да и лицо у тебя несерьезное. Я, ребята, хочу пригласить монголов. Много денег на это не уйдет, но придаст достоверность. А массовку уже будем снимать с нашими. А тебе роль найдем, драк там много будет.

Проболтали до двенадцати часов, а потом, перед тем как идти спать, поплавали в теплой воде. Было облачно и почти полностью отсутствовало волнение. Небо, берег и вода - все было черным-черно, и, наверное, можно было бы потерять направление, если бы не проносящиеся по шоссе автомашины.

- Уже час, - сказала Люся, когда забрались в палатку. - Завтра не выспимся.

- Отоспимся в поезде, - зевнул я. - Будешь спать или...

- Никаких "или", только спать. Ген, завтра уезжаем, а потом все ребята разбегутся. Я к ним за эти пять лет привыкла, как к родным.

- Ты, кажется, хотела спать, или нет? - спросил я. - Почти половина группы останется работать в Москве, так что при желании всегда можно будет увидеться. Это жизнь, она постоянно меняется. Что-то мы теряем, что-то находим.

- Когда ты так говоришь, я невольно вспоминаю о твоем возрасте.

- Это не возраст, просто чужой опыт. Но кое в чем я в себе чувствую старика.

- И в чем же?

- В восприятии времени. В юности для меня время никогда не летело так быстро, как сейчас. Я на него тогда вообще не слишком обращал внимания.

- Старичок! - она обняла меня, прильнула к губам и принялась торопливо расстегивать на мне рубашку.