Читаем Возвращение колдуна полностью

За окнами забрезжил рассвет, но мы все еще сидели вместе, и никто из нас даже мысли не допускал о том, чтобы пойти в свою комнату и лечь спать. Было уже пять часов утра — время, когда я обычно ложусь спать, а некоторые люди, наоборот, поднимаются с постели. Остаток ночи мы потратили на то, чтобы убрать дохлых крыс и навести в комнате хотя бы относительный порядок. Нельзя сказать, что нам удалось это сделать. Запах гнили еще месяц будет стоять в библиотеке, тем более что весь ковер был покрыт темными пятнами. Однако я был доволен и тем, что нам удалось сделать все это, не разбудив прислугу. Женщины и мужчины, служившие у меня, успели ко многому привыкнуть, но несколько сотен дохлых крыс, которые из ниоткуда появились в моей библиотеке, стали бы для них слишком большим испытанием.

Я схватил дрожащими руками чашку с давно остывшим кофе, сделал один глоток и посмотрел на Говарда, который закурил свою, наверное пятидесятую, сигару за эту ночь. Он попытался оправдать это тем, что запах табака перебивает вонь, стоявшую в комнате. И хотя теперь здесь пахло обгоревшей тухлятиной, я не стал с ним спорить.

— Ничего не понимаю, — пробормотал Рольф. — Ты же говорил, что врата больше не работают.

Тлеющим концом сигары Говард указал на дохлую крысу, которая лежала на письменном столе, прикрытая листом бумаги.

— Вероятно, они теперь функционируют уже не так, как это было раньше, — задумчиво произнес он. — Посмотри-ка на эту крысу. Я подозреваю, что это была вполне нормальная крыса до того, как она зашла во врата.

Мой желудок судорожно сжался, и я почувствовал, как его содержимое поднялось до горла.

— Я… не понял, — устало сказал я.

Говард ухмыльнулся. Некоторое время он смотрел мне в глаза, потом глубоко затянулся и наконец соизволил ответить:

— Я немного знаю о вратах, — начал он.

— Но очевидно, намного больше, чем знаю я, — резко прервал его я.

Говард наморщил лоб.

— У меня есть причины, чтобы не рассказывать тебе об этом, — пробормотал он. — Ты еще не созрел для этого.

Тут я вскипел.

— Да, но я достаточно созрел для того, чтобы расстаться с жизнью! — выпалил я. — И для того, чтобы посреди ночи обнаружить у себя в кабинете армию искалеченных крыс. Я стал вполне взрослым, чтобы проехать половину мира и спасти тебя от сумасшедшего рыцаря-тамплиера. Говард, скажи мне, ты когда-нибудь перестанешь обращаться со мной как с полным идиотом?

Последние слова я почти прокричал, но Говард оставался совершенно спокойным. По мере того как я все больше и больше распалялся, выходя из себя, Говард все более успокаивался. Честно говоря, это бесило меня еще сильнее.

— Как только ты перестанешь вести себя подобным образом, — тихо ответил он на мой вопрос.

Я уставился на него. Говард выдержал мой взгляд и невозмутимо продолжил:

— Нам вообще нет никакого смысла спорить друг с другом сейчас, Роберт. Я действительно очень мало знаю о вратах. Твой отец, которому было известно о них намного больше, никогда не рассказывал мне всего. А о вратах, которые находятся в этих часах, я сам узнал совершенно случайно, — мягко добавил он.

— Однако ты не раз пользовался вратами, — напомнил я ему.

Говард кивнул.

— Только в крайнем случае, — согласился он. — Но, судя по тому, как они выглядят сейчас, я бы никогда больше не осмелился войти в них.

Я нервно сглотнул, бросил быстрый взгляд на закрытую дверцу часов и снова повернулся к Говарду.

— Что ты имеешь в виду?

— Я не очень много знаю о вратах, — повторил он с особенным выражением. — Но один раз твой отец рассказал мне, что они являются своеобразной дорогой через другое измерение. — Говард улыбнулся, но улыбка получилась какой-то безрадостной. — Я знаю, что это выглядит глупо, но именно так он и сказал. Кто входит туда, перестает существовать. Перестает существовать… физически, понимаешь? Твое тело распадается на атомы и за невероятно маленький промежуток времени переносится в другие врата. Там оно снова восстанавливается. Ты понимаешь, о чем я говорю?

— Разумеется, — ответил я и кивнул.

Говард улыбнулся.

— Это весьма трудно объяснить, — признался он. — Попробуй представить, что ты существуешь в виде идеи, пока находишься во вратах, и из этой идеи возникаешь снова, как только их покидаешь.

— С крысами, значит, идея была неудачной, — угрюмо вставил Рольф.

Он поднялся с кресла и пошел к окну, чтобы выглянуть на улицу.

— Я не знаю, относится ли это только к этим вратам или ко всей системе, — продолжил Говард, — но в любом случае, как мне кажется, они больше не работают. Крысы вновь материализовались, но правильно собраны не были, так сказать.

По моей спине пробежали мурашки, когда я понял, что он имеет в виду.

— То есть… Ты хочешь сказать, что… то же самое произошло бы и с человеком, если бы он…

Но я так и не договорил. От одной только мысли об этом меня прошиб холодный пот.

— Боюсь, что да, — сказал Говард. — По крайней мере, я не стал бы рисковать.

— Но откуда они пришли? — спросил я. — И почему?