Это была песня на стихи из книги Высоцкого «Роман о девочках». Владимиру не доводилось слышать ее в исполнении автора. Но когда он впервые прочитал эти стихи, захотелось их спеть. Было это еще в школьные годы. Юноша тогда сам положил текст знаменитого барда на музыку. Егору песня понравилась, и друзья частенько пели ее раньше.

Просидели они до самого утра. Перепели все песни, которые знали. Владимир распрощался с другом, когда часы уже показывали восьмой час. И сразу же завалился на кровать, провалившись в глубокий сон без сновидений.

Разбудил его настойчивый звонок в дверь. Кое-как продрав глаза, Владимир глянул на часы. Полвторого! Комната целиком была наполнена ярким солнечным светом. Снова раздался требовательный звонок. Разминаясь на ходу, Владимир подошел к двери. Глянул в глазок. Все пространство лестничной площадки закрывалось темной массивной фигурой, даже не разобрать чьей.

— Кто там? — спросил на всякий случай Владимир.

— Я, — прозвучал громкий бас Егора.

Молодой человек обрадовался, открыл дверь.

— А я только проснулся, — сказал Владимир, когда его друг шагнул в квартиру.

Егор снова был в десантной форме, как будто и не снимал ее со вчерашнего дня. Глаза радостно горели.

— Слушай, тут «Голубые береты» приезжают. Пойдем? — выпалил Егор.

Владимир не являлся особым поклонником военной песни, но за компанию сходить на концерт согласился. Наскоро собравшись, они отправились в кассу. Выстояли почти километровую очередь, но все же достали заветные билеты.

На концерт Егор пришел все в той же форме. Владимир, одетый в простую гражданскую одежду, рядом с ним чувствовал себя неловко. К тому же мал ростом, похвастать телосложением тоже не может. Вроде и не к месту он здесь. В руках у Егора Владимир увидел две большие пластинки в картонных обложках с фотографиями группы.

— Автографы хочу взять, — пояснил Егор.

Концерт проходил во дворце спорта, на хоккейной арене. Зал набился битком. Больше половины зрителей пестрели полосатыми тельняшками. От голубых беретов даже воздух казался синим.

С первых же аккордов люди повставали с мест, и весь зал закачался в такт зазвучавшей музыки. Владимир тоже поднялся. Со всех сторон летели не попадающие в ноты, но зато выводимые с особым старанием слова подпевающих: «Даже в сердце синева затеря-алась, разлилась своим зама-анчивым цветом». И юноша чувствовал как синева, заполнившая весь зал, заполняет и его сердце.

В конце концерта Егор сорвался с места и начал протискиваться к сцене, где плотной стеной толпились поклонники группы. Владимир проводил друга взглядом, не веря в то, что ему удастся получить автографы. Он направился к гардеробу, где стал дожидаться возвращения приятеля. Ждать пришлось долго. Но вот, наконец, весь раскрасневшийся и немного помятый показался Егор с радостно сверкающими глазами. Его поднятые вверх руки торжественно, словно флагами, размахивали пластинками. В каждой руке по одной. Он подбежал к Владимиру, протянул один из альбомов.

— Вот, тебе на память!

Молодой человек бережно принял протянутую цветную обложку, где на выходе из брюха боевого вертолета (а может и самолета — Владимир не особо разбирался) присела на корточках группа музыкантов-десантников. Ниже красовались пять размашистых подписей.

— У меня еще ни одной пластинки не было с автографами, — произнес Владимир. — Спасибо, тебе. Это будет для меня настоящей реликвией.

Одевшись, друзья вышли на морозную улицу. У каждого из подмышек торчала обложка пластинки. Оба шли молча по уже ночному городу. В свете редких фонарей прохожие почти не попадались. У Владимира в ушах продолжали крутиться обрывки из песен: «Да, это страшно умирать, когда так надо возвратиться… Это парни, которым будет вечно по двадцать… Вертолеты к скалам прижимает фейерверк трассирующих свор…».

— И все же грустью какой-то отдает от их песен, — нарушил молчание Владимир. — У меня порою сердце щемило, и слезы на глаза наворачивались.

— Они Афган прошли. Все, что там было, пережили. Поэтому поют по-настоящему.

— Только вот мне не понятно, зачем об этом все время вспоминать? Зачем терзать себя и слушателей?

— Ты, знаешь, Володя, их песни не только будоражат сердца тех, кто там был, но и тех, кто сейчас готов постоять за свою страну. Вспоминая подвиги ребят в Афгане, мы хотим быть не хуже. И когда сейчас с нашей страной твориться черт знает что, они не дают нам усомниться в выбранном нами пути. Благодаря им мы остаемся верными своему долгу. Как там они поют: «Ты верен долгу и присяге».

Владимир посмотрел на друга. Каким взрослым он сейчас казался ему. Совсем не тем, каким был еще полтора года назад. И в голове вдруг возникла мысль: «Из него вышел бы настоящий Командор. Не то что из меня».

Глава 8

Песок был сырой от недавнего прилива. На нем тут и там попадались оставленные морем ракушки, медузы и многочисленные водоросли. Песчаный пляж неширок. Он упирается в крутой высокий скалистый обрыв.