К счастью, ритуал встречи особо не затянулся, и король с королевой удалились в выделенные для них покои, чтобы отдохнуть с дороги. Когда на небе появились первые звезды, начался бал, который эльфы будут вспоминать еще очень долго. Грандиозное мероприятие продолжалось с небольшими перерывами четверо суток, и каждую полночь небо расцвечивали магические фейерверки, которые проделали большую дыру в казне Эльфийской долины. Однако душа требует праздника, а жизнь не может состоять из одних только подвигов и поминок, поэтому астрономические расходы на торжества были вполне оправданны.

Вечером третьего дня бала мы с Легардом и каким-то прохиндеем из Совета эльфийских Домов, клянчившим у меня должность казначея, серьезно набрались, в результате чего князь Ингар совсем потерял способность мыслить здраво. Меня сразу потянуло на подвиги, и я решил осчастливить Колина и уложил его в постель к Люсиэль, воспользовавшись своими магическими возможностями. Амазонка к тому времени тоже находилась в некотором подпитии, а Колин окончательно съехал с катушек от вожделения, ну я и посодействовал будущим молодоженам.

Ох, как я перетрухнул, когда одна из амазонок охраны прибежала с выпученными глазами и позвала меня в покои, выделенные Легардом для Люсиэль. Дикие женские вопли и звериное мужское рычание были слышны еще на лестнице, и я мысленно похоронил Колина, вспомнив, на что способна амазонка, дорвавшаяся до сладенького. Дверь в спальню оказалась заперта, и мне пришлось взламывать ее магией, но пока я вышибал дверь, вопли прекратились, и из спальни доносились лишь тихие всхлипывания.

Когда осела пыль, я увидел на кровати голого, но живого Колина и прижавшуюся к его груди рыдающую амазонку. Люсиэль тихо плакала на могучем плече своего кавалера, а тот тихо шептал ей на ухо какие-то ласковые слова. Эта сцена потрясла меня до глубины души, и я на цыпочках ретировался в коридор, разогнав по дороге толпу любопытных.

Колин и Люсиэль, кажется, нашли друг друга, а в отношениях между мужчиной и женщиной есть много такого, что не предназначено для посторонних глаз и ушей. Хмель из головы выветрился, и я, раздав указания охране не беспокоить влюбленных, отправился проветриться в дворцовый сад. Увы, но насладиться покоем и одиночеством мне не удалось, так как в саду меня отловила Елена Прекрасная. Королева воспылала желанием окончательно выяснить наши отношения и расставить в них все точки и запятые.

– Игорь, нам нужно откровенно поговорить! – огорошила меня с разбегу Лена. – Ты должен знать, что я люблю своего мужа и не уступлю даже твоим домогательствам!

– Совет вам да любовь! Только я тут при чем? – удивился я.

– Игорь, я требую, чтобы ты снял магическую блокировку в моем сознании!

– Требовать будешь у своего мужа! Я еще не совсем рехнулся, чтобы позволить тебе бесконтрольно интриговать против меня. Закатай губы обратно – ты не Анджелина Джоли!

Лена явно растерялась, услышав резкий отказ на свои требования, и начала лить слезы, пытаясь меня разжалобить. Однако, наученный горьким опытом, я не поддался на ее уговоры и только пообещал вернуться к этому вопросу после восстановления портала на Геон. Королева, поняв, что уломать оппонента не удастся, обматерила меня последними словами и, гордо задрав голову, удалилась из сада. Лирическое настроение было окончательно испорчено, и я в расстроенных чувствах отправился спать.

На этой невеселой ноте бал в принципе и закончился, правда, народные гулянья продолжались еще до вечера следующего дня, но моя голова уже была занята новыми делами и планами. Дав приближенным сутки на опохмелку, я собрал расширенный совет и озадачил подданных наведением порядка в долине. Мои указания были туманными, но спросить за бардак я пообещал со всей строгостью и наделил исполнителей расширенными полномочиями. Народ проникся существом момента, и подчиненные забегали, словно крысы на пожаре.

Посольство Далранского королевства срочно отбыло на родину, сославшись на неотложные дела, но я успел предупредить Луи, чтобы он хотя бы изредка выглядывал из-под юбки Елены Прекрасной и не забывал, что он мужчина.

Колин с Люсиэль, кажется, окончательно переселились в спальню амазонки, и мне толком не удалось поговорить с братом перед отъездом в комплекс портала. Глядя на счастливые лица любовников, я дико завидовал их счастью, но вернуться к семье я мог только своим трудом, и здесь мне неоткуда было ждать помощи.

Вернувшись в комплекс, я с головой погрузился в работу по восстановлению работоспособности портала и спал только урывками, когда мозги окончательно отказывались работать.

Глава 35