Си-Джей точно знала, где находится, где находилась все это время. Она лежала на холодном полу, выложенном плитками, в милом домике в испанском стиле, на Алмериа-стрит, у приемной своего психиатра, и ждала, когда приедет полиция.

Глава 98

— Прокурорша, ты, черт побери, очень удачливая женщина. То место выглядело как сцена из фильма ужасов. Кровь была везде, — говорил Мэнни, заходя в палату. Выглядел он ужасно: растрепанный, одет кое-как, лицо почернело. В одной руке он нес корзину с экзотическими тропическими цветами, в другой держал тарелку с пирожными. — Цветы прислали ребята. Даже Боуман, жадина, поучаствовал. А пирожные от меня. Врач сказал, что пока тебе нельзя кофе с молоком, поэтому придется пить молоко.

— Удачливая? — Си-Джей скорчила гримасу, лежа на кровати. — Пойди купи билет в лото, Медведь. Не думаю, что мне хочется играть в подобные игры. — Дышать было трудно, говорить еще хуже. — Спасибо. Цветы очень красивые.

— Ну, ты по крайней мере жива, чего нельзя сказать про доброго доктора. Я только что из его приемной. Ты проделала очень милую дырочку у него в груди, подруга. И еще лучше дырочка на шее. Почаще напоминай мне, что тебя нельзя злить. Что говорит врач? Ты к нам вернешься, или придется искать другого помощника прокурора, который позволит мне давать предварительные показания по телефону?

— Три сломанных ребра. Перерезано сухожилие на правой руке. Сотрясение мозга. Резкое падение кровяного давления. Но отойдет, — сказал Доминик, сидевший рядом с постелью Си-Джей в кресле, в котором провел всю ночь, с тех пор как ее доставили в больницу.

— Я просто поставлю тут цветы. Прямо рядом с миллионом роз, которые кто-то тебе прислал. Интересно, кто это мог быть? — Мэнни рассмеялся и бросил взгляд на Доминика. — Ты, Домми, выглядишь отвратительно. Но у тебя оправданий нет.

Затем Мэнни снова повернулся к Си-Джей, и она увидела в его глазах беспокойство.

— Я рад, что все обошлось. Мне бы тебя очень не хватало, подруга. Ты заставила нас поволноваться.

— Что вы нашли... — Она сглотнула, пытаясь закончить предложение.

— Не разговаривай. Больно тебя слушать, — ответил Мэнни уже в своей обычной манере. — Сказать по правде, искать особо было нечего. Усыпальница доброго доктора выглядит как операционная. Мы не можем найти сердце, про которое ты говорила. Ведерко для шампанского чистое, и льда там нет. Никаких трупов ни у него в приемной, ни в доме, который мы сейчас обыскиваем. Все безукоризненно чисто. Ни отпечатков пальцев, ни крови, конечно, если не считать его собственной, которая везде и на всем. Чамберс истек кровью к тому времени, как мы его нашли. Если еще чья-то кровь там и была, то мы, черт побери, теперь ее не сможем найти. Ребята из отдела полиции Форт-Лодердейла допрашивают всех в клубе на Лас-Олас, откуда исчезла студентка, но в это время года там по большей части туристы и пока никто не смог опознать Чамберса.

— Не думаю, что мы что-то найдем, Си-Джей, — мягко сказал Доминик.

— Что? Вы считаете, мне все привиделось?

Все случившееся теперь обрело смысл. Чамберс был связан с полицией. И выступал консультантом полиции. Он имел доступ к внутренней информации. «Просто нужно знать, где искать». Конечно, за каждым действием что-то следует. И если одну теорию применять слишком долго и слишком упорно, слишком часто ее демонстрировать, то последствия могут оказаться катастрофическими. Доминик проявлял осторожность, не настаивал на своей версии. Лучше иногда промолчать.

— Нет. Я думаю, может, он хотел заставить тебя считать, что ты это видела. Я думаю, ты у него была навязчивой идеей. Вероятно, он хотел попробовать скопировать предыдущие преступления. Именно эту версию мы прорабатываем.

Мэнни кивнул:

— Настоящего психа мы упрятали за решетку. А этот был только начинающим. Эй, мне нужно идти, чтобы следить за Боуманом, а то он заснет в доме Чамберса. Он был на холостяцкой вечеринке, когда поступил вызов. Я выдернул его как раз перед тем, когда пришла его очередь сажать одну из приглашенных красоток себе на колени. А теперь он стонет, жалуясь на измождение. Поэтому я позвоню вам позднее и расскажу, что мы нашли. — Он повернулся у двери и снова сказал: — Рад, что ты с нами, подруга. На самом деле рад.

Дверь закрылась, и они остались вдвоем. Доминик взял Си-Джей за руку.

— Ты поправишься. Все будет хорошо.

Она чувствовала в его голосе облегчение. Но также и страх.

— А он меня?..

Си-Джей не могла говорить и захлебнулась рыданиями.

— Нет, — покачал головой Доминик. Он знал, о чем думает Си-Джей и что ее волнует в эти мгновения. Врачи обследовали ее — изнасилование не подтвердилось.

Женщина кивнула и почувствовала, как слезы катятся по щекам. Она еще крепче сжала руку любимого.

Доминик приезжал в тот дом, где находилась она, прямо в паутине чудовища, но так ее и не нашел. Немыслимое чуть не случилось. Снова.

— На этот раз все будет хорошо, Си-Джей. Обязательно. Я обещаю.

Он поднял ее руку, поднес к губам и поцеловал. Другой рукой он нежно гладил ее щеку. В его голосе слышались слезы, но говорил он уверенно и убедительно: