18 февраля Никита Сергеевич держал речь на пленуме ЦК компартии Украины. И опять почти всю речь посвятил развенчанию уже сброшенного с пьедестала соперника:

— Товарищ Маленков, видимо, упоенный положением председателя Совета министров, думал, что теперь он может все сделать. Он произнес необдуманную речь, в которой заявил, что в два-три года добьемся изобилия продовольствия и предметов потребления. Но он не подумал, откуда же это изобилие берется. В каком состоянии находится сельское хозяйство? Как выполнить это обещание?.. Чтобы создать видимость, что слова об изобилии начинают выполняться, стали вытаскивать из сундука золото, золото потекло за границу!

Хрущев напомнил слова Маленкова, который, выступая на сессии Верховного Совета, сказал о необходимости «крутого подъема» производства предметов народного потребления, о «форсированном развитии легкой индустрии» и снижении сельскохозяйственного налога:

— Я ему сказал, что ты неправильно поступаешь. Это же по существу меньшевистские речи, разве можно забывать, что мы окружены капиталистическими государствами… Нам надо всемерно крепить мощь нашего государства… Это значит, что мы должны развивать тяжелую промышленность. Говорить другое — значит заниматься демагогией, которая разоружает наш народ. Это по сути дела капитуляция перед врагом! После выступления Маленкова ряд экономистов выступил с «теоретическими» обоснованиями линии, явно антимарксистской, направленной на защиту положения о том, что теперь можно дать приоритет легкой промышленности перед тяжелой. Товарищи, это опасные рассуждения… Американские капиталисты вынашивают планы прибрать нас к рукам, когда мы ослабнем, закабалить нашу страну…

Хрущев вспомнил беседу с секретарем московского горкома Екатериной Алексеевной Фурцевой:

— А как реагируют простые люди на такие речи? Мне товарищ Фурцева рассказывала. Приехала к ней родственница из деревни. Она спрашивает ее: как дела у вас в деревне? «Ничего, — отвечает, — теперь стало веселее. Товарищ Маленков хорошо выступил и пообещал нам, что скоро будет изобилие всех жизненных благ»… Эта крестьянка говорит: у нас Маленкова называют Георгием Победоносцем. Ну, для крестьянки, может быть, он победоносец, но мы-то знаем, какой он победоносец. Это несчастье, а не победоносец…

Антипартийная группа

6 апреля 1957 года на президиуме ЦК в отсутствие Хрущева рассматривался вопрос о его награждении за освоение целинных земель. Обычно в таких случаях все высказываются «за». Но тут произошло непредвиденное. Министр государственного контроля Вячеслав Михайлович Молотов высказался «против»:

— Хрущев заслуживает, чтобы его наградить, но, полагаю, надо подумать. Он недавно награждался. Вопрос требует того, чтобы обсудить его политически.

«Политически» — то есть по существу. В словах Молотова был резон: неприлично давать награду одному человеку слишком часто. Но дело было не в награде. Молотов выступил против Хрущева.

Ему возразил первый заместитель главы правительства Михаил Георгиевич Первухин:

— Нет сомнения, что Никита Сергеевич проявил инициативу относительно целинных земель. До него этот вопрос не ставился. Целина — важное дело, и нас не должно смущать, что через два года награждаем вновь.

Каганович тоже высказал сомнение в целесообразности награждения:

— Товарищ Хрущев имеет заслуги в этом деле. Награда заслуженная. Но тут есть вопрос. Правильно ли, что мы награждаем первого секретаря только за одну отрасль? У нас нет культа личности, и не надо давать повода… Надо спросить самого товарища Хрущева и политически обсудить вопрос.

Маленков занял уклончивую позицию:

— Личные заслуги товарища Хрущева большие. Но предлагаю ограничиться сейчас обменом мнениями и поговорить еще, может быть, вне заседания.

Секретарь ЦК Петр Николаевич Поспелов не согласился с Маленковым:

— Целинные земли — не частный вопрос. Товарищ Хрущев заслуживает награды.

По существу это была проба сил. Влиятельные члены президиума ЦК фактически выступили против Хрущева. В тот раз они не решились идти до конца и уступили. Президиум все-таки принял постановление «О награждении первого секретаря ЦК КПСС Героя Социалистического Труда т. Хрущева орденом Ленина и второй Золотой медалью “Серп и Молот”», отмечая «выдающиеся заслуги Н. С. Хрущева в разработке и осуществлении мероприятий по освоению целинных и залежных земель».

После голосования Маленков даже позвонил Хрущеву и подобострастно сказал:

— Вот, Никита, сейчас поеду домой и от чистого сердца, со всей душой трахну за тебя бокал коньяку.

Никите Сергеевичу, разумеется, доложили, кто и как высказывался за его спиной. Хрущев и сам не заметил, как в высшем партийном органе собралась критическая масса обиженных на него людей, — Маленков и Молотов, которых он оттер от власти и лишил должностей; Булганин, Каганович и Ворошилов, которых он ругал при всяком удобном случае.