Читаем Восстание полностью

– Укушенные? Так точно! – ответил Малик и первым показал отметины от острых зубов на левом боку. Они были свежее, чем у Кейна, но несколько лет точно насчитывали.

У Хайдрун было прокусано бедро, она показала его под красочной пышной юбкой до колен, и я удивилась красоте ее одежд. Мое нижнее белье мне уже шесть лет служило, а на ягодицах уже истиралась ткань. Про майку вообще молчу: у нее вид будто она из пулеметной бойни выбралась.

Куки имела шрам от зубов на пояснице.

– У Миши выдрали целый кусок глотки. С тех пор он немой, – рассказал Малик.

– Но разве из-за вируса мы не получили способность к быстрой регенерации? – удивилась я.

– Да, раны у нас заживают гораздо быстрее, чем у обычного человека. Но регенерация имеет лимиты, она не способна отрастить части тела заново. Так что смотри, не теряй пальцы.

– Тесса! – раздался крик сзади.

Я обернулась.

Ко мне подлетела девушка с короткой стрижкой и мальчиковым телосложением. Это все, что я успела заметить, потому что в следующую секунду уже висела на ее шее, обнимая сама не зная кого. Лишь спустя минуту меня настигло озарение.

– Перчинка?! – воскликнула я, пока она раскачивала меня в воздухе.

Полинку-Перчинку мы потеряли четыре года назад во время вылазки на месторождение редкоземельных металлов. Миссия длилась три дня и потери были неизбежны, а я-то тем более еще совсем зеленая была – как месяц назначенная командиром отряда.

Первые потери сильно били по моей самоуверенности, потому что я была моложе многих более опытных солдат, которые отныне были в моем подчинении. Триггер же всегда умел поддержать меня после провалов, он заново разжигал во мне огонь гнева на мир, он стал моим собственным маяком, ведущим по тропе мести.

– Потери дают тебе опыт. Авторитет свой ты построишь на костях потерянных солдат. И если ты будешь пускать сопли из-за этого нерушимого закона, то тебе не место в Падальщиках. Принимай этот закон, как должное. Как закон природы. Как столп, который не сдвинуть. Чтобы что-то обрести, ты должна что-то потерять. Равновесие должно сохраняться.

Слова Триггера я запомнила навсегда, потому что понимала, что несмотря на жестокость правила равновесия, оно действительно работало. Чем больше теряешь, тем сильнее становишься.

– Мы так обрадовались, когда Кейн принес тебя сюда!

Перчинка наконец вернула меня на землю, и я ее оглядела. Перчинка была высокой девчонкой почти два метра ростом. Благодаря ней, Маяк три года подряд побеждал на волейбольных соревнованиях. У нее яркие голубые глаза, так по-ангельски контрастирующие с короткими черными волосами, подстриженными под мальчугана, а на щеке отчетливая черная родинка, которая пряталась в ямочке, когда Перчинка улыбалась. С последнего момента, когда мы видели друг друга, она ничуть не изменилась.

– Мы? – переспросила я.

– Привет, Тесс!

Из-за спины Перчинки вышло еще одно знакомое лицо.

– Не может быть! – выдохнула я.

Бугай одного с Перчинкой роста подошел ко мне и уже второй раз я повисла на плечах крепыша, который обнял меня так, что ребра захрустели.

– Привет, Зелибоба! – прокряхтела я.

Зелибоба приходился двоюродным братом Перчинки, и из той миссии оба не вернулись. Благодаря нему Маяк три года выигрывал в соревнованиях по баскетболу.

Зелибоба вернул меня на землю, и я наконец осмотрела обоих. Было как-то жутко. Лица, которые я четыре года считала мертвыми, стоят здоровые и улыбаются. А до того был доктор Кейн, который тоже считается мертвым уже четыре десятилетия. Я словно умерла и попала в чистилище, где меня встретили мертвецы.

– Это поразительно! Вы оба имеете эту мутацию! Неужели она такая частая, а мы просто не замечаем ее? – размышляла я.

– На самом деле, мутация встречается довольно редко. И то при удачном стечении обстоятельств – если человека не загрызут насмерть, например, – сказал Малик.

– Но у родственников она действительно встречается чаще. У нас набор ДНК схож, – добавила Перчинка.

– Здесь есть еще родственники среди вас? – спросила я, пораженная.

Ребята перекинулись странными улыбками.

– Есть!

Перчинку явно что-то радовало так, что она походила на довольную собаку, откопавшую кость динозавра.

– Привет, Тесс.

Этот голос, раздавшийся позади, заставил мое сердце замереть. Он словно вырван из моих снов!

Этого не может быть! Я медленно обернулась и издала нервный всхлип.

– Томас?!

Мой брат стоял посреди ресторана и улыбался ровно так же, как и Перчинка. И Зелибоба. И похоже, все остальные в этом чудаковатом месте, где мертвые возвращаются обратно. Я не верила своим глазам! Я вижу призрак! Это не по-настоящему! Этого просто не может быть!

Но мой брат стоял передо мной такой живой и настоящий, словно не умирал восемь лет назад!

Пока он подходил ко мне, я разглядывала его черты, не смея дышать – боялась, что мое дыхание сдует его, как невесомый образ. Все те же волнистые каштановые волосы, которые он унаследовал от папы, широкая улыбка, обнажающая сразу десять верхних зубов, широкие плечи и мускулистые руки инженера с проступающими венами. Он уже обнимал меня, а я по-прежнему не могла сделать вдоха от напавшего ступора.