Читаем Восстание полностью

В том же строю, что и раньше, они двинулись вдоль пристани. Разгневанные и отчаявшиеся люди, толпившиеся в ограниченном пространстве, кричали на экипажи кораблей и друг на друга, толкаясь в опасной близости от кромки воды. На полпути группе Макрона пришлось остановиться, так как произошел внезапный рывок к судну, которое подплыло слишком близко к пристани. Десятки людей перепрыгивали сужающуюся пропасть. Один старик не вовремя прыгнул, или его толкнули в спину, и он с резким криком упал в реку. Он не появился вновь. Некоторые члены команды бросились на пристань с веслами, чтобы оттолкнуть корабль, в то время как другие размахивали ими, предостерегая всех, кто еще испытывал искушение попытаться совершить прыжок. Когда пропасть увеличилась, трап с громким всплеском упал в воду, вызвав мучительный стон толпы, когда люди поняли, что шансов подняться на борт теперь нет.

К уже находившимся на борту, должно быть, присоединилось человек пятьдесят-шестьдесят, и опасно перегруженное судно начало раскачиваться из стороны в сторону. Капитан крикнул приказ людям с веслами, и они обернулись к тем, кто перепрыгнул брешь. Со стадным инстинктом отчаявшихся беглецы сгрудились на дальнем борту корабля, и когда команда приблизилась к ним, палуба начала крениться, и блестящий корпус обнажился из воды. Раздался крик тревоги, но было уже слишком поздно, и судно продолжало перекатываться на бок, сбрасывая находящихся на палубе в темную реку. Мачта с громким скрежетом треснула и вместе с такелажем рухнула вниз среди мечущихся в воде людей. Раздавались жалобные крики и всплески: некоторые пытались доплыть обратно до пристани, другие цеплялись за перевернутый корпус и пытались вскарабкаться в относительную безопасность. Те, кто был на пристани, смотрели на это с ужасом.

— Продолжайте двигаться, — призвал Макрон, и небольшая группа протиснулась мимо пораженной толпы, прежде чем повернуть в поисках следующего доступного корабля, который мог бы дать хоть какую-то надежду на спасение.

Даже при яркой полной луне, освещавшей сцену, Макрон изо всех сил пытался разглядеть мачту судна, к которому они направлялись, тем не менее он знал, что они приближаются к нужному участку пристани, где оно было пришвартовано. Затем в толпе образовалась брешь, и он увидел корабль, идущий навстречу течению, толкаемый взмахами весел. Ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что это тот самый человек, с капитаном которого он заключил сделку. Он бросился к краю пристани.

— Эй! Куда, фурии тебя раздери, ты собираешься? Вернись к причалу!

Капитан, должно быть, узнал его голос, когда подошел к ближней стороне палубы и крикнул:

— Извини, друг. Пока ждали, мы продали последние места кому-то другому. Удачи.

— Удачи? — тихо повторил Макрон, прежде чем его гнев взорвался. — Мы заключили хренову сделку! Возвращай свою задницу сюда прямо сейчас! Если ты этого не сделаешь, я запомню тебя, и в следующий раз, когда мы встретимся, я оторву тебе яйца и продам их тебе обратно за двести сестерциев! Каждое!

Капитан помахал рукой в последний раз, прежде чем повернуться спиной и приказал своей команде вывести корабль на середину Тамесиса.

Петронелла подошла и нежно взяла Макрона за руку.

— Слишком поздно. Они ушли. И не вернутся. Нам придется попробовать найти другой корабль.

Макрон указал на пристань, где в панике кричала плотная масса людей. — Какой еще корабль? Теперь осталось только два, и нам никогда не

справиться с этой толпой.

Петронелла огляделась, а затем указала на темную громаду другого корабля, видимую недалеко от берега. — А что насчет этого?

Макрон прищурился и различил очертания военного корабля, который он ранее не заметил. Один из более мелкого класса, возможно, либурна.

— Стоит попробовать. У меня там может быть некоторый авторитет, — он жестом предложил остальным следовать за ним и поспешил к концу пристани, где горела жаровня, освещая отряд морских пехотинцев, охраняющих ступени, ведущие вниз к лодке, привязанной к одному из столбов, возвышающихся над ней от русла реки. На этом конце реки было всего несколько мирных жителей, и морские пехотинцы направляли копья на любого, кто осмеливался подойти слишком близко, и приказывали им отойти.

Макрон поднял руку, приближаясь. — Опустите оружие! Я легионный центурион.

— Тогда подойди! — ответил командир отряда.

Когда Макрон вышел из-под жаровни, опцион внимательно осмотрел его потрепанный неряшливый вид и схватил рукоять меча, но не вытащил его. — Центурион, да? Больше похоже на какого-то бродягу. Кто это с тобой?

— Эти люди — ауксилларии Восьмой Иллирийской когорты, служащие под началом Светония. Гражданские лица являются членами семей старших офицеров.

Опцион, казалось, ослабил свою бдительность, когда он увидел экипировку и военные одеяния сопровождающих. Он снова посмотрел на Макрона. — Если вы тот, за кого себя выдаёте, господин, что вам здесь нужно?

— Спальные места для двух женщин и мальчика. Я же присоединюсь к парням, когда мы вернемся во дворец пропретора.