Читаем Воспитание к свободе полностью

Человеческие фундаментальные стремления, которые, по мнению Штейнера, можно удовлетворить только с помощью трехчленного общественного устройства, можно представить себе кратко, в виде формулы. Не случайно, слова «свобода, равенство, братство» вызывали энтузиазм у многих людей не только во времена французской революции, но и значительно позже. При более близком рассмотрении эти идеалы соответствуют глубоким инстинктивным устремлениям, которые мы более или ме

нее осознанно носим в себе. Но каждый из этих идеалов осуществим в одной определенной и ограниченной области общественной жизни. Приведем наглядный пример: перед законом мы все можем и должны быть равны, но законодательно предписанный уравнительный подход к нашим духовным и материальным потребностям приводит к губительному нивелированию — этому учат нас многие ситуации из древней и новой истории. Рудольф Штейнер стремился прояснить понятия, последовательно соотнеся эти три идеала с определенными функциями в человеческом общежитии. В основе его работы о социальной трехчленности лежали цели, которые можно выразить в следующей формулировке: духовная свобода в культурной жизни, демократическое равенство в правовом аспекте и социальное братство в экономической деятельности.

Приведем несколько примеров из «суммы практических идей», осуществление которых, по словам Штейнера, можно «начать с любой точки жизни».

О культурной жизни

Свобода — основное условие для творческой духовной жизни. Однако мы живем в эпоху, когда всеобъемлющее государственное планирование промышленности, зачастую действительно необходимое, все глубже вторгается в структуру образования и научных исследований, а тем самым и во всю культурную жизнь. Школы, университеты и научно-исследовательские лаборатории начинают все в большей и большей степени рассматриваться как факторы международной экономико-политической конкурентной борьбы: учебные планы, структура преподавания, цели экзаменов, программы и методы исследований все последовательней служат потребностям промышленности, государства и даже военной машины. Неоспорим тот факт, что даже в государствах, называемых «свободными», свобода культурной жизни ограничена.

А ведь воспитание и обучение играют решающую роль. Будущее рода человеческого заключается в детях. Все новое в мире, все творческое в конце концов выражается индивидуальными достижениями, проявляясь прогрессом для общества. Но шансы индивидуума развить свои внутренние задатки зависят от заботы воспитателей и учителей. Важнейшая задача воспитателя — раскрыть индивидуальные дарования и сделать их социально плодотворными, а не готовить подрастающее поколение к прямолинейному продолжению уже проложенных путей в технике и экономике.

По мнению Штейнера, человек должен воспитываться в свободе от требований государственной власти и хозяйственной деятельности до тех пор, пока он сам не сможет активно работать в этих областях жизни общества как гражданин. Если требования современного индустриального государства в слишком большей степени влияют на темп занятий и на экзаменационные требования в процессе обучения, неизбежным следствием этого являются волнения среди молодежи и студентов.

Создавая свободные школы и свободные университеты, Рудольф Штейнер считал важнейшим аспектом этой деятельности реализацию права подрастающего поколения на свободное образование, что позволит наиболее полно раскрыться их задаткам и преобразовать затем будущее общества. Такие учебные заведения могут существовать за счет пожертвований, благотворительных фондов, а также за счет установленных за-

коном взносов промышленных предприятий. Учителя школ и преподаватели университетов образуют корпорации, которые — естественно, при взаимодействии с учениками и родителями — готовят себе смену и обсуждают все вопросы по методике обучения, учебные планы и всю форму работы. Подобный вид независимости может существовать и в науке. Злоупотребляя властью, государство и промышленность (особенно великих держав с их военной машиной), вмешиваются во все, вплоть до мелочей. Влиятельные круги политиков и промышленников, с помощью имеющихся в их распоряжении финансов, держат в своих руках исследователей, исследовательские программы и даже результаты исследований, используя их для своих целей. Этому можно радикальным образом помешать, если всю науку, как и образование, сделать независимыми. Само собой разумеется, что и при такой форме финансирования — если даже поступающие пожертвования и взносы не предусматривают каких-либо условий — исследователь в своей практической работе все равно известным образом зависит от окружающего его мира. Но понятно также и то, что в этом случае окончательное решение в выборе проектов и методов исследований смогут принимать объединения самих исследователей.

Постепенно независимость приведет к тому, что институты образования и науки почувствуют себя свободными, государственные границы раздвинутся и ученые всего мира смогут общаться и сотрудничать между собой.