Читаем Восьмой зверь полностью

— А Марта говорила, что отец занимался тобой вплоть до болезни супруги, — ехидно произнес Баргозо. — Рабочие на стройке так вообще каждое утро на твои ужимки смотрят. Или ты это так, из баловства?

Подловил. А еще кто-то из рабочих стучит.

— Зачем ей тренировки на военном курсе? — мрачно уточнил.

— По серебряному билету три года учатся на обычном курсе и только потом переходят на военный. Так что первые три года она будет тренироваться самостоятельно, чтобы не растерять навыков. Разумеется, с партнером это дело сподручнее.

— Ну, две недели-то могла бы и потерпеть, — с сомнением протянул я, лихорадочно подыскивая причину для отказа. Очень уж не хотелось терять время. Если признаться честно — сильно коробило, что час назад я мог поступить туда учеником, а сейчас должен буду прислуживать высокородной. При этом понимаю, что ученичество быстро бы закончилось в застенках стражи, но вкус мечты остался.

— Зачем, если есть ты?

— Но почему именно я? Разве в городе закончились обученные бойцы? — уцепился я за пришедшую мысль. — Да взять любого отставника — и то будет лучше!

— Любого не получится, таковы правила для слуг — только равного возраста. — Считается, что слуги будут помогать учиться, а ровесникам это делать проще. Впрочем, лично для меня это спорное суждение. — Иначе бы и проблемы с поиском не было, — Баргозо развел руками.

— Значит, тренер. И ничего сверх этого? — вздохнул я, чувствуя, что от сомнительного задания не отвертеться. Тренер-то не слуга, а если еще заплатят — вполне терпимо.

— Как госпожа повелит. Потерпишь, не переломишься. Не кисни, вся рутина на служанке будет — аристократам дозволено держать двух слуг. Человек ты хороший, в чем я успел еще раз убедиться. Не подведи меня перед сослуживцем! — погрозил пальцем.

— «Я еще безмерно щедрый», вы забыли упомянуть, — проворчал я из вредности. Вот же, а? Забрал кучу денег и навесил проблем.

— Проявишь себя хорошо — обдумаем твое вознаграждение. Полтора десятка дней — и свободен! А я твои дела улажу.

Расплывчато как-то, но мог и просто приказать.

— Завтра в шесть, гостиница «Белый лебедь». Опаздывать не рекомендую.

— Понял, — грустно кивнул я и пошел к двери.

— Девушку зовут Джейн, — донеслось вослед. — Шесть утра, не проспи!

Что обычно делает толковый босс после разноса от вышестоящего начальства? Разумеется, устраивает разнос своим подчиненным. Именно такой практики придерживался жрец второго ранга Микаэль. Виновник его дурного настроения задерживался, тем самым усугубляя свою бесспорную и заведомо доказанную вину.

Впрочем, наказание уже не будет хуже, что весьма расстраивало Микаэля, вынужденного жариться под летним солнцем.

Обычно в часы, когда лучи заходящего светила заглядывали к нему в кабинет, жрец был уже дома, но сегодняшнее собрание у верховного изрядно затянулось.

Поэтому Микаэль вынужден был потеть в парадном одеянии, ежеминутно промакивая салфеткой преющую под роскошным головным убором лысую голову. Снять бы тюрбан вовсе, да не положено по статусу. Вдруг кто войдет — позора не оберешься, да и слухи пойдут.

Микаэль стеснялся своей ранней лысины, но страх его уходил куда глубже обычных комплексов. В храме Быка, символе плодородия и урожая, подобный дефект мог выйти боком карьере. Еще скажут, мол, не растет, так как Сам отвернулся от нерадивого жреца. Людей снимали и по меньшим наветам.

Потому когда в двери вошел виновник, Микаэль даже обрадовался ему, но моментально вернул на лицо строгое выражение.

— Есть новости? — без особой надежды на хорошие вести дежурно спросил жрец.

— Мы активно ведем розыски на всей территории владения! — преувеличенно бодро начал доклад подчиненный. — Агенты докладывают о трех возможных кандидатах.

— Уже второй раз ведете. И уже штук двадцать похожих пар нашли, но все мимо, — лениво отмахнулся жрец. — Ваша ошибка привела к гневу верховного.

— Но это было наше общее решение, — обескураженно, но с надеждой ответил собеседник.

— Разве? — притворно изумился Микаэль. — Сейчас посмотрим! Пять лет назад, ранняя весна. Так, где же это у меня было…

Жрец открыл створки массивного шкафа и ловко выхватил объемистый том, датированный только что произнесенным периодом.

— Так-так-так, — пробормотал он, перелистывая страницы. — Вот! Беседа со жрецом, тогда еще четвертого ранга, Ромиусом. Цитирую! «Я вас уверяю, после выключения храмового знака отступница не проживет и четырех месяцев. Она будет вынуждена вернуться обратно, а если не сможет двигаться сама, то ее тело привезет муж». Дословно! Так, это пропускаем, это тоже. Вот тут еще: «Я абсолютно уверен в успехе и гарантирую вам исполнение воли верховного».

— Я и сейчас уверен, что она в нашем владении! Не самоубийца же, в конце концов! Дайте мне еще время, я отыщу ее! — Подчиненный прижал ладони к сердцу и смиренно наклонил голову.