Спускаясь с холма, он ежился от холода. Вот что значит степная зона. Стоит зайти солнцу, и сразу надо облачаться чуть ли не в свитер. Это, наверное, потому, что здесь ничто не может удержать тепло. Вокруг одни камни. На улице кое-где горели фонари, вдалеке прогрохотал грузовик, окна большинства домов были освещены. Везде флуоресцентные лампы. А жара ушла, словно ее не было.

Дэнни зашел в кафе на одной из боковых улиц, во дворе. В углу жаровня на древесном угле, на стене включенный телевизор. Столы грубые, деревянные. Немногочисленные посетители курили, играли в карты. Он узнал нескольких. Одного парня из магазина ковров, официанта из ресторана и еще двоих, у которых спрашивал о Реми Барзане.

Он кивнул им и сел рядом с жаровней, которую здесь называли хибат. Заказал бутылку «Эфес Пильзень», откинулся на спинку стула, вгляделся в небо. К его удивлению, оно было припорошено облаками. А звезды если кое-где и виднелись, то все равно были какими-то поблекшими, тусклыми.

Примерно такое же у него было сейчас настроение. Поход на виллу закончился полным провалом. Значит, с Реми Барзаном встретиться не удастся. Что же остается? Утренним автобусным рейсом обратно в Диярбакыр, оттуда в Стамбул. А там? Там тоже ничего. Можно попытать счастья в Осло, но наверняка и там ничего хорошего его не ждет. И сколько можно так бегать? До тех пор, пока есть деньги. Но они скоро закончатся. И тогда Зебек возьмет его в кольцо. Это будет не трудно. Сделает заказ «Ассоциации Феллнер», а там — это Дэнни хорошо знал — умели находить людей, которые не хотели, чтобы их нашли. Он сам работал по двум подобным делам. Участвовал в поисках бухгалтера, удравшего с деньгами клиентов, и незадачливого разведенного папаши, увезшего детей в Парагвай. Так что продлится это недолго. Тем более что Зебеку нужно только указать местонахождение, а доберется до него он сам.

«В общем, мне так и так крышка…»

* * *

Из кафе он вышел в полночь. Собирался выпить одну бутылку пива, а получилось три. Но решение все же принял. Никакого Осло. С Ролваагом, в конце концов, можно связаться по телефону или по Интернету, но он, похоже, тоже мертв. Надо добраться до Стамбула и первым же рейсом вылететь в Вашингтон. Там по крайней мере игра продолжится на своем поле. И кто знает, если обратиться в полицию и поднять шум, вероятно, Зебек отступит.

Настроение улучшилось. Немаловажную роль в этом, конечно, сыграло пиво, но и перспектива увидеть Кейли тоже радовала. Дэнни шел по небольшому запущенному парку, где росли высокие сосны, и вглядывался в темноту. Светила только луна, а уличные фонари почти все были разбиты. Из ламповых патронов свисали пучки проводов. То ли вандалы постарались, то ли сами городские власти, ведь электричество в Турции стоит очень дорого.

Об этом можно судить по множеству солнечных батарей, флуоресцентных ламп и темноте на улицах.

Невдалеке прогрохотал трактор, следом самосвал со сломанным глушителем. На поляне подростки играли в салочки, и Дэнни остановился понаблюдать за ними. Ребята бегали в полумраке, смеялись и кричали.

У подножия холма, в хозяйственном магазине, разумеется закрытом, чайники, стиральные доски, дуршлаги, щетки, свечи, велосипедные шины были соединены цепью и развешены над дверьми.

«Я один в мертвом городе…»

Неожиданно с холма спустился черный «мерседес» и затормозил. Дэнни испугался, что водитель начнет спрашивать дорогу, а он не сумеет ответить, придется опять пожать плечами. Только когда «мерседес» развернулся и двинулся прямо на него, Дэнни осознал, что бояться надо совсем другого.

Глава 15

Жертвы в один голос утверждали, что все происходило очень быстро. Он сам слышал много раз. Кого-то пырнули складным ножом на автомагистрали между штатами, у женщины на улице в центре города выхватили сумочку из рук. Теперь Дэнни тоже мог подтвердить: подобные дела действительно проворачивают очень быстро.

«Мерседес» рванул так, что взвизгнули шины, и развернулся, загородив улицу. Дэнни успел лишь повернуть голову и увидеть другой автомобиль, остановившийся сзади. Распахнулись дверцы. К нему подбежали трое. Дэнни отступил на шаг, попробовал сгруппироваться, но его сбили с ног и потащили к «мерседесу». По дороге он взбрыкнул ногой и тут же вскрикнул от боли. Потом его уложили на пол рядом с задним сиденьем, заставив согнуть колени.

Зарычал двигатель. Немного очухавшись, Дэнни попытался встать на четвереньки, но удар кулаком в ухо снова опрокинул его на ковер. В лицо посветили фонариком.

— Пошевелишься — зарежу, — прошептал кто-то невидимый, и Дэнни почувствовал на горле острие ножа.

Он сник, как воздушный шарик, из которого выпустили воздух. Ему заломили руки и надели пластиковые наручники. Наступила тишина. Дэнни напряг слух, но ничего не расслышал, кроме биения собственного сердца. От коврика чем-то воняло.