Читаем Восьмой ангел полностью

Рощин уже несколько раз заглянул в знакомые окна, удовлетворенно отметив, что ночник горит. Почему-то сегодня он совершенно точно знал, что встретится со Славиной. Нет, конечно, ломиться к ней в квартиру он не станет. Но… Если она занимается работой, а, скорее всего, звезда отечественного эфира прибыла в Питер исключительно для создания очередного телевизионного шедевра, чтобы никто не отвлекал по пустякам, то в такую ночь, как сегодня, непременно выйдет погулять. Тепло, листья кружатся, как сорвавшиеся с неба звезды, а самих звезд в фиолетовой выси столько, что хоть бери палку подлиннее да и сбивай, чтобы обзор вечности не перекрывали.

Дыша во всю грудь чуть горчащим дубовым духом Академического сада, Влад едва не упустил момент, когда толстый милиционер с аналогичной по комплекции веселой тетенькой, закрыв одни ворота, выходящие на Третью линию, неспешно двинулись к противоположным, упирающимся в Четвертую.

Резвой рысью Влад помчался на звон ключей и едва успел проскользнуть между двумя дородными телами, перекрывшими выход.

— Во! — удивленно крякнула тетка. — И эти туда же! Солидный же мужчина, не мальчик, — укоризненно выговаривала она в спину Рощину, — чего ночами шляться? Трахнул жену и спи себе до утра! Или уже не можешь? — крикнула она, видно, раздосадованная тем, что наглый мужик на ее упреки не отреагировал.

Милиционер тонко и весело заржал, одобряя шутку напарницы. Заскрежетал металл, громыхнула цепь. Рощин нырнул в спасительную темноту переулка и немедленно был атакован сзади двумя мощными лазерами завернувшего с Пятой линии авто.

Влад отскочил на узенький тротуар, черный поджарый «лексус» гордо прошуршал мимо и свернул в знакомую арку.

Чужой, — равнодушно констатировал Рощин, предметно изучивший за время своего патрулирования все машины, ночующие в искомом дворе.

«Лексус» притормозил вплотную с подъездом, тем самым, из сладко чпокнувшей двери выскочил мужик, подал кому-то руку.

— Ольга Вячеславовна, прошу!

Влад автоматически проследил за тонкой фигуркой, спрыгнувшей с высокого порожка.

Славина?

— Ольга Вячеславовна, не переживайте так! Я завтра лично подъеду к начальнику линейного отдела. Придумаем что-нибудь! В крайнем случае, сделаем вам новый паспорт. Все в наших руках! — зазывно тараторил мужик. — Это ж не ваша Москва, тут у нас все по-простому! Если что, звоните, не стесняйтесь! Давайте я вас до квартиры доведу! — И, увидев протестующий Ольгин жест, снова заторопился. — Ну, тогда пусть Денис проводит, хоть сумку донесет!

Вылезший с переднего сиденья амбал подхватил дорожный баул и потопал в подъезд, за Славиной. Оставшийся же извлек из кармана телефон и сказал кому-то в трубку, подобострастно, словно отчитываясь:

— Довезли. Да, и дом, и квартиру. Ну, куда она теперь от нас денется? Нет, все чисто. Ни о чем не догадалась.

Через минуту в знакомых окнах загорелся полный свет, стало быть, Ольга поднялась к себе, а джип, ловко развернувшись в невеликом пространстве двора, отбыл.

На всякий случай Рощин запомнил номер.

И сам джип, и его хозяин, и неожиданный приезд Славиной с явно дорожной сумкой выглядели странными.

Она, оказывается, уезжала? Когда? Куда? Черт! Он попался на этот ночник, как последний придурок! Ходил, тешил себя мыслью, что Ольга скрывается от него… Снова он ее недооценил. В который раз. Судя по всему, у нее украли паспорт. Где? В поезде? То есть она успела съездить в Москву и зачем-то вернуться? Пока он тут изображал из себя Шерлока Холмса… А эти, в джипе — весьма странные люди. И телефонный звонок. Как он там сказал? Ни о чем не догадалась? То есть это не случайные попутчики. Так-так. А довезли, чтобы узнать адрес. Еще интереснее! Уж не объявились ли у него конкуренты? Только этого не хватало!

Рощин зло сплюнул, яростно втер собственный плевок в асфальт и размашисто зашагал в сторону университета, где в маленькой частной гостинице, арендуемой родным мурманским вузом, его ждал крошечный одноместный номер с окнами в Тучков переулок.

* * *

Прямо из мокрого серого песка и чуть прибитых дождем зарослей слоновьей травы выросла рваная линия глиняного дувала и за ней — подслеповатый неуклюжий домик с соломенным конусом на месте крыши, потом второй, третий.

Бандиагара.