Читаем Ворон полностью

Ворон

Кончив долгое посланье, изнурившее Бертрама,И, страницу за страницей слезной влагой оросив,Ощутил он, сидя в кресле, одинокий и упрямый,Глубины неизреченной не исчерпанный порыв.Глядь! Пред ним предстала дама! Этот сон — бальзам на раны!В шевеленье занавески, неподвижна и бледна, —Это сон, нежданно-жданный, детище самообмана, —Из тумана, столь желанна, странно соткана она.“Очи, — рек Бертрам, — вы, пара крыл несчастного Икара,Не коварные ли кары мне готовит ваш недуг?Иль чело, чей камень хладный гложет пламень беспощадный?Или сердце из безверца легковерным стало вдруг?”Шорох, шелест, шум нерезкий, шевеленье занавески:Не жива, но долгожданна, дочь тумана и тоски, —То ль небесная Диана, то ль дыханье Океана,То ли дивное журчанье расколдованной реки?“Вижу, — молвится Бертраму, — пред собой живую даму!И не морок этот шорох, и не тень ее черты;Очи смотрят виновато, а уста сурово сжаты;Но не новость мне суровость смертоносной красоты!”Улыбалась дама в белом перед рыцарем несмелым,Для и медля — ну, не бред ли? — безвоздушно-легкий шаг,Та, с которою в разлуке, подойдя, воздела руки —И в лицо любви и муки заглянула не дыша.Молвится Бертраму: “Яви, смертоносной, как отраве,Предпочту алмаз — в оправе дивно-призрачной мечты!Но не ближе! Не теснее! А не то погибну с нею,К Джералдине пламенея и глядясь в ее черты!”Улыбалась дама в белом перед рыцарем несмелым,Но, дрожа бесплотным телом, не таила тихих слез.“Любишь ли меня и впрямь ты? Мой ли паладин, Бертрам, ты?Иль из двух душевных драм ты лишь одной не снес всерьез?”Молвится ему: “Во сне ли, лес и луг оцепенели,И река лишь еле-еле, и вода едва-едва?Но не мороком, не тенью ты потворствуешь смятеньюИ волшебному волненью — умер я, раз ты жива!”Улыбалась дама в белом перед рыцарем несмелымИ, дрожа бесплотным телом, слезы жаркие лила.“Я люблю тебя! — всплеснула руки тонкие, прильнулаИ восторженно шепнула. — Я, поверь, не умерла!”В восхищенье, в упоенье рыцарь рухнул на колени, —И она в самозабвенье молвила в сторонку: “Нет!Благороден он — душою — и богат — самим собою, —Я сама его не стою, а не то что мой обет!”

Эдгар Аллан По

ФИЛОСОФИЯ СОЧИНЕНИЯ

Чарлз Диккенс в письме, что лежит сейчас передо мной,47 намекая на некогда сделанное мною наблюдение о том, как устроен роман “Барнеби Радж”,48 говорит: «Между прочим, известно ли Вам, что Годвин писал своего “Калеба Вильямса” в обратном порядке? Вначале он запутал своего героя в паутине трудностей, создавая второй том, а затем обратился к первому и задумался над способом изложения того, что было сделано».49

Перейти на страницу: