Читаем Вопреки. Том 6. Бонусные истории полностью

— Дай догадаюсь, дело в твоей магии? Якобы не все способны жить в облаке пятой стихии?

— Именно.

— И я как раз тот, кто на это не способен!

— В точку.

— А Риордан, Дрейк, Блэквелл, Войт и прочие способны!

— Войт не способен, поэтому будет разливать виски в таверне Мерлокса, — сурово ответила Алиса, — Что за ревность, Дэн? Ты без карьерного роста не останешься, не переживай.

— Риордан был в тебя влюблён, но ты его не гнала! Каждый второй мужик, который тебя видел, дрочил на тебя в туалете, да на тебя половина нашего отряда слюни пускала, чем я не угодил!?

Она опустила глаза и на миг заробела, а потом щёлкнула пальцами. Дэн отчётливо видел, что Алиса старается подобрать слова, но никак не могла, и это было странно.

— Я не знаю. Просто так я решила.

Это было жирной точкой в разговоре, но кровь Дэна кипела. Он не думал уходить и, нахмурившись, протянул Алисе бумаги в папке:

— Просто посмотри. И «так себе основание для перемирия» покажется уже нормальным основанием.

Это было не лучшим вступлением и означало лишь то, что новости не самые лучшие. Алиса развязала папку и села на стул у трельяжа, приступая к ознакомлению с бумагами. С каждой секундой её лицо приобретало каменный вид, но кожа выдавала бледный оттенок:

— Этого мало для того, чтобы делать выводы.

— Разве? Свидетельство трёх человек, следы пребывания и множество других фактов, сходящимися в одно целое.

— Он бы никогда так со мной не поступил, — безжизненно ответила Алиса, — Я всё понимаю: мужчине надоедает постоянство, но он бы сказал мне или бы сделал всё так, чтобы никто не узнал. Он в этом мастер.

— «Надоедает постоянство»!? — возмутился мужчина, — Ты понимаешь о чём говоришь? Речь ведь не о какой-то глупой пустышке с отвислой задницей, а о тебе! О тебе, Алиса! — повторил он с чувством, вкладывая всё восхищение и возмущение, — Разве Герцог, при всём моём к нему уважении, не должен дорожить тобой, как лучшей из женщин, что когда-либо… — его речь прервалась, ведь он видел, что Алиса сидит спокойно и слушает в пол уха, а потом сделал шаг к ней и заговорил уже тише, — Ты касаешься засохшего дерева, и оно оживает, заставляешь безнадёжно-больных цепляться за жизнь, воодушевляешь своих подданных, об этом все знают. Ты подарила Сакралю наследников, на которых никто не рассчитывал, я не говорю уже о вкладе в окончание войну и преодолении магического кризиса, в то, сколько ты сделала бескорыстно для каждого.

— Дэнни, уймись. — монотонно оборвала его Герцогиня, глядя в одну точку, — Ты очень преувеличиваешь, говоря обо мне, ведь на пути я совершила много ошибок и мои методы… это не важно, — она устало потёрла виски, прикрыв глаза, — Я хочу, чтобы ты ушёл, забрав все свои «доказательства». Я не верю всему этому.

— И почему?

— Потому что легко очернить чьё-то имя, особенно если это человек публичный, как Герцог, но для близких людей недостаточно чьей-то клеветы, пусть даже мы обзовём это «свидетельством».

— Из замка вчера он снова отправился туда…

Внезапно многочисленные предметы полетели с трельяжа от гнева Алиса, которая схватилась за голову и снова закрыла глаза, пытаясь совладать с собой:

— Оставь меня. — холодно приказала она, — ПРОЧЬ! В последний раз повторяю!

Он вышел, как и было велено, а Алиса скинула одежду и пошла в набранную ванную. Она встала у зеркала и посмотрела на место, где когда-то была метка Вечности, но её уже несколько дней не было. В доносе было написано, что её муж поселился в поместье близ Варэй вместе с молодой любовницей, а несколько свидетелей утверждали, что каждую ночь оттуда доносятся не самые пристойные звуки.

Алиса не хотела верить, но не могла сопротивляться плохим мыслям. Её раздирали изнутри боль и обида, а для Архимага это было не лучшим сочетанием. Магия вырывалась изнутри, пока не очернила её глаза. Боль раздирала изнутри вместе с отравляющей магией, она громко дышала, пытаясь наладить контроль, но это давалось крайне сложно.

— Нельзя… — шептала она себе под нос, сквозь сбитое дыхание, — Соберись! Немедленно соберись, размазня!

И снова ничего не вышло. Упёршись руками в стену, Алиса смотрела перед собой на ракушки, украшающие эту самую стену, невидящим агрессивным взглядом чёрных глаз. Дышать стало нечем, а она всё хватала воздух, срываясь на хрип, а потом ударила ладонью по месту, где обычно красовался сигил в форме крыла. Обычно это помогло бы наладить контроль, но знака на месте не было, как не было и тепла, напоминающего ей о том, ради чего она каждый день борется с магией.

— Надоела, — сорвалось с её губ, — Приелась! Раньше надо было думать, когда клеймил всеми возможными знаками, раздавал титулы и брюхатил. Пеняй на себя, Винсент Блэквелл. — сказала она сквозь зубы, зловеще прищурившись.